Дочь Водяного

Тот лишь покачал всклокоченной после схватки мохнатой головой.

«Я могу беспрепятственно проходить только по рекам и озерам, – виновато пояснил мамонт. – Они под землей текут, в Земле сырой свое начало берут. А море-Окиян мне неподвластно».

«Здесь даже мои крылья не справятся», – добавил Семаргл.

Михаил прикинул расстояние и попытался построить портал. Но зеркала отказывались ловить отражение острова, словно он был миражом, порождением игр преломленных лучей или и вовсе существовал только в воображении. Более того, попытка извлечь из дедовой дудочки хоть пару звуков тоже провалилась: воздух, выходя из легких Михаила, вместо того, чтобы создавать колебания в стволе флейты, непостижимым образом рассеивался, будто в вакууме или в воде.

А ведь во время путешествия по подземным рекам к озеру Водяного таких проблем не возникло. Неужели царицы специально объяснили, как построить портал и, поманив призрачной надеждой, прислали сюда на погибель?

«Может быть, это место какое-то неудачное?» – предположил эхеле протягивая хобот, чтобы поднять Михаила на спину.

Они двинулись в путь вдоль берега, но ничего не менялось. Похоже, море-Окиян блокировал магию.

«Может быть, все-таки существует какая-то переправа», – предположил Семаргл, срываясь с места и улетая на разведку.

Михаил обреченно подумал о том, что, коли через реку Смородину перекинут только Калиновый мост, а Молочную реку и вовсе приходится преодолевать вброд, вряд ли море-Окиян тут станет исключением. А на Радужный мост его не пустили.

Он делал над собой чудовищные усилия, чтобы не впасть снова в отчаяние и не начать паниковать, когда из-за тучи вдруг спикировал Семаргл, крылья которого сияли так ярко, что затмевали не только угасающий свет закатного солнца, но и зарницы молний.

«Смотрите! – воскликнул дух. – Там впереди что-то есть. Я толком не разглядел, но, по-моему, это лодка или даже целый корабль».

Эхеле без дополнительной просьбы перешел на рысь. Они обогнули уступ скалы и увидели гигантскую щуку, которая покачивалась на волнах у берега.

На море-Окияне

Размеры Щуки поражали, превосходя самые смелые ожидания любителей рыбацких баек. Неудивительно, что Семаргл поначалу принял ее за корабль, хотя у Михаила обтекаемая форма ее тела вызвала ассоциации скорее с атомной подлодкой, даже ракетным подводным крейсером. Город не город, но деревенька или хуторок на пять-шесть домов с хозяйственными постройками на щучьей спине вполне могли бы разместиться.