Дочь Водяного

Михаил успел удивиться, что в арку под надвратной башней спокойно прошел его эхеле. Но тут увидел и других мамонтов, мирно пасущихся на лугу возле стен или уплетающих сено и ветви деревьев у коновязи. Когда они, беспрепятственно пройдя мимо стражников, попали внутрь, в глаза также бросилась необычная организация этого поселения. Все дома соединялись между собой общими стенами, образуя как бы единый многоквартирный дом, возведенный в форме каравая.

В части построек располагались гончарные и столярные мастерские, чуть в стороне находилось металлургическое производство.

При этом богато украшенная вышивкой, обильно расшитая бисером и тесьмой одежда спешащих по своим делам рослых светловолосых жителей отдаленно напоминала традиционный наряд славян или финно-угров, но никак не костюм начала 20 века, в котором были запечатлены на снимках его прадеды.

– Где мы? – спросил Михаил вслух, спросонья забыв, что общается с духами мысленно.

«В Аркаиме», – не без гордости пояснил эхеле.

«В том самом?» – уточнил Михаил, вспоминая вызывавшую в студенческие годы споры до хрипоты сенсационную находку.

Роман Коржин, как и многие сибиряки, поддерживающий идею зарождения цивилизации на Урале или Алтае, с пеной у рта рассказывал о высоком уровне развития в Аркаиме и всей Стране городов технологий, ныне в большинстве своем забытых. Связывал эту культуру с ариями и Гипербореей. А Сергей Боровиков вообще как-то признался, что верит в инопланетное происхождение Аркаима. Андрей Мудрицкий, как и его коллеги из академических кругов, относился к этим теориям скептически, и Михаил был склонен с ним соглашаться.

И вот теперь он не только лицезрел древний город во всей его красе с геометрической правильностью идеально прямых улиц и ливневой канализацией, но и имел возможность пообщаться с жителями.

«А что ты хочешь? – с видом кошачьего превосходства усмехнулся, наслаждаясь растерянностью шамана, Семаргл. – В Чертогах предков собраны люди, жившие с начала времен. И каждый сюда приходит со своими воспоминаниями и представлении об устройстве жизни».

Хотя Михаила разбирало понятное любопытство, в Славь он пришел явно не для научных изысканий. Тем более что по поводу Аркаима ему бы в людском мире все равно никто не поверил, кроме поклонников эзотерики, от которых он старался держаться подальше. А фотоаппарат в тонких мирах был бессилен. К тому же увиденное в городе не очень соответствовало современным мифам о гигантской обсерватории и летающих колесницах.