Дочь Водяного

– А вы знаете, как отыскать дорогу к дубу, на вершине которого поганый выползень прячет свою смерть? – с надеждой глянул на гостя Миахаил, наблюдая, как в свете восходящего солнца его золотистые волосы вспыхивают отблесками самородного золота.

– Если бы знал, разве позволил бы Бессмертному что тогда, что нынче взять верх. Аффинажный завод фактически к рукам прибрать, тайгу своими полигонами отравить. Так что тут тебе придется справляться как-то самому. Но, если что, зови. Только жалко, в Нави я силы не имею, да и в Яви сейчас появляться тоже пока не могу.

Ладно, бывай. Удачи тебе в пути, – попрощался он, превращаясь в похожую на гигантскую змею золотую зарницу на небе.

После его ухода у костра осталось несколько золотых чешуек.

Михаил допил чай, вымыл котелок, залил водой костер и сложил палатку. Оставалось только найти силы и преодолеть последний день пути до Медного царства.

Чертоги предков

«Зачем тебе опять куда-то идти? А мы на что?» – обиженно глянул на него эхеле, отрываясь от трапезы и изящно помахивая зажатым в хоботе еловым стволом.

«Чтобы от порождений Нави отбиваться», – пояснил Михаил, которого после схватки со Скипером слегка штормило, так что Семарглу пришлось по собачьи подхватить в зубы его рюкзак.

Эхеле еще раз посмотрел на своего шамана, нехотя положил на землю ствол, с которого объел не все ветви, протянул хобот и молча закинул Михаила на спину, а потом препроводил туда же и рюкзак.

«Не выдумывай. Если ты упадешь от перенапряжения здесь и сейчас, то до Нави мы просто никогда не доберемся», – резюмировал мамонт, трогаясь в путь осторожной и совсем не тряской иноходью.

У Михаила отпало всякое желание вступать в какие бы то ни было споры. Тем более что духи сейчас действовали фактически помимо его воли. Густая длинная шерсть оказалась мягкой, как накрытый пушистым пледом диван, покачивающиеся движения убаюкивали. Михаил сам не заметил, как погрузился в сон.

Когда он проснулся, солнце стояло в зените, а на горизонте виднелись очертания какой-то крепости или укрепленного города, имевшего радиальное строение.

Обманчиво ажурные из-за обильной резьбы, но при этом мощные башни соединяли высокие прясла, кирпичные у основания, бревенчатые возле боевого хода и бойниц. Вереи гостеприимно распахнутых ворот представляли собой целые скульптурные композиции, а на створках неведомые ваятели, явно доверявшие магии больше, чем технологиям, изобразили всю картину мироздания.