Кровь и Пламя

– Доброго утра, - Вильгельм внимательно посмотрел на вошедшего, – Хаким, насколько я понимаю?

– Именно так, герр Эрнст, – турок кивнул, неспеша подошёл к столу и поставил перед Канцлером корзинку, не обратив никакого внимания на Августу.

– Что это? – немец скептически посмотрел на посетителя.

– Подарок, – Хаким расплылся в радушной улыбке.

Августа тем временем вытянула шею, чтобы получше рассмотреть корзинку.

– Откройте сами, – Вильгельм откинулся на спинку кресла и как бы невзначай вытащил волшебную палочку.

– Недоверие ко мне оправданно, – кивнул турок, – Но я пришёл сюда с подарком, а не с оружием, – он снял с корзинки полотно, в ней оказалась голова черноволосого мужчины с бородой, через всё лицо которого шли три глубоких пореза.

– Что это? – ледяным тоном спросил Канцлер. Августа привстала на диване и удивлённо подняла бровь.

– Это голова Али Демира в качестве моего жеста доброй воли, – голос Хакима был по-прежнему бархатным и спокойным, словно он принёс сладости к чаю, а не голову известного террориста.

– De furore Rutenorum libera te, Domine, – саркастически произнесла Августа и обратно села. Хаким её прекрасно услышал, но снова не обратил внимания.

– И зачем она, позвольте узнать, мне нужна? На стену кабинета повесить? – тон немца по-прежнему был ледяным.

– Этот человек принёс много зла и крови на эту землю, больше он этого не сделает.

– В Гессене сейчас обретаются ребята, которые могут сделать так, что принесёт даже в таком виде, – саркастично заметила фон Вальдбург, деловито поправляя подол платья.

– Хаким, я дам Вам совет, я понимаю, что на Востоке подобные жесты могут быть трактованы верно, но здесь несколько иная культура, – Вильгельм посмотрел на голову, – Подобной корзине, пожалуй, могли бы быть рады русские, однако же, они уже в Байрсброне, и упаси Вас Господь, отправляться с этим подарком к герру Салтыкову. Насколько я понимаю, этим демаршем, Вы у него украли возможность отомстить за смерть своих товарищей.

– Я это принёс, чтобы показать, что мой народ хочет жить в мире на этой земле, и мы сами готовы наказывать тех, кто этот мир нарушает.

– Мне пока не докладывали о том, что банда в Байрсброне сложила оружие, – немец был непреклонен.

– Хаким, помнится, мы с Вами не далее, как три дня назад пытались договориться, – Августа хищно ухмыльнулась, – Но вместо удара по Аненербе, Ваши люди предпочли захватить больницу с женщинами и детьми, а после показательно начать отрубать головы пленным.