Кровь и Пламя

И если всё хорошо, а я предполагаю, что у кайнцауберских бойцов всё сложится именно таким образом, то мы будем смотреть на смешно трепыхающегося противника на северо-западе.

– Мне пока что интересно, что напишут в газетах обо всём об этом?

– Ваши мюнхенские газетчики уже попросили меня ввести к вам мракоборцев, потому что не оценили эстетическую привлекательность композиции у ворот поместья Виттельсбахов.

– Ну, я Альбрехта предупреждала, – Августа улыбнулась, – Он не внял, потому его люди вернулись к нему вот в таком вот виде.

- Нет, ну, в целом благодаря этой безумной выходке, я стал смотреться куда выигрышнее в глазах общественности, – ухмыльнулся Эрнст, – А если уж мракоборцы ещё и порядок наведут…

– Альбрехт пока не сдался, даже трижды побитый, – фон Вальдбург отпила кофе, – Но я уже решила договариваться, Вильгельм, мне нужна Бавария, а ещё мне нужна Германия.

Эрнст удивлённо воззрился на женщину, подался вперёд и подпёр подбородок рукой:

– Мне уже даже интересно, что Вы имеете в виду?

– Мне нужна целая и независимая Магическая Германия.

– Августа, – Вильгельм крайне нехорошо заулыбался, - Я сегодня не ложился спать, сейчас уже семь утра, потому прошу, поумерьте свой пафос, иначе я усну прямо тут.

Женщина закатила глаза и сделала глоток кофе:

– Отдайте мне Баварию, род фон Вальдбург доказал делом, что готов править этой землёй.

– Принесите мне Баварию, Августа, – очень вкрадчиво произнёс Канцлер, – Тогда и поговорим.

– Вы не боитесь, что если захвачу Баварию я, то уже никуда её не понесу?

– А на вопрос, боюсь я чего-то или нет, я отвечу, когда кайнцауберы закончат в Гамбурге и Бремене.

Августа понимающе кивнула и мрачно засмеялась.

Раскрылась дверь и на пороге появился высокий смуглый мужчина в белой рубашке, чёрной жилетке и таких же брюках.

– Доброго утра, герр Эрнст, – произнёс он бархатным голосом, учтиво поклонился и огладил бороду.

Августа удивлённо посмотрела на него и большим глотком допила свой кофе, поставила чашку на столик, а затем вытянула ноги и села спиной к подлокотнику, заняв весь диван.