Кровь и Пламя

Вольфганг всплеснул руками, пытаясь что-то закричать, но его перехватили поперёк туловища – Игнат Кондратьевич повалил немца и вместе с ним упал внутри ворот, когда пули попали в арку возле них.

Один из караульных отбежал чуть в сторону, просунув свой автомат в ограду забора, второй же встал на колено, укрываясь за каменным столбом. Автомашины резво набирали скорость, грохоча по мостовой.

Дети, игравшие у своего дома, ринулись за ворота, вслед им из первого джипа полыхнули выстрелы. Белокурая девочка с косичками, бежавшая последней, запнулась и распласталась на земле.

– Змей Ермаку. Змей Ермаку, – заговорила рация Куприянова, – Патруль ведёт бой, прижаты огнём, Стикс двухсотый, Паскаль трёхсотый.

– Змей принял, – прорычал Игнат в рацию, оттаскивая сучащего руками немца за ограду.

На втором этаже дома распахнулось окно, в него выставили пулемёт, который тотчас заговорил в ответ на выстрелы из пикапа, а от крыльца уже бежали два бойца W&C к бтру.

Пикап вильнул на дороге и развернулся поперёк улицы, получив несколько попаданий в борт.

Пулемётчик замешкался на мгновение, выбирая цель, прекратил стрелять – его подстрелили, и он свалился назад. Сидевший до этого рядом с ним ещё один мужчина встал во весь рост с гранатомётом на плече.

– Граната! – закричал караульный, укрывшийся за оградой забора. В тот же миг в сторону русских полетел снаряд. Прочертив пыльную полосу в воздухе, он влетел в стену дома под одним из закрытых окон и взорвался.

Фонтан разбитого стекла окатил палисадник. Два джипа остановились рядом с пикапом и оттуда вывалились люди в чёрном, кто с замотанными тряпками лицом, кто в балаклаве, и залегли на дороге.

– Ермак Змею! – закричал Игнат, нажав на рацию.

Взревел моторами бронетранспортёр, подался назад и шевельнул пулемётами, наводясь на цель. Нападавшие открыли огонь, заставив русских укрыться за забором. Ещё одна ракета понеслась в их сторону и врезалась в борт бронемашины, та дёрнулась, словно от боли, но упрямо продолжила выезжать на более удобную позицию.

Боец с позывным Апач, что укрывался за воротной колонной, выглянул из-за неё и выстрелил из подствольного гранатомёта. Граната прошла чуть выше пикапа и разорвалась где-то позади. Со стороны джипов поднялось трое мужчин с гранатомётами.

– Ермак Змею! Ермак Змею, твою мать! – кричал в рацию Куприянов, но она безмолвно молчала, не желая даже включаться.