Свобода и Магия

Голос Мустафы надломился, он в ужасе уставился на русского, горло перехватило, а по щекам по-прежнему текли слёзы. Игнат Кондратьевич снова прикрыл глаза, глубоко вздохнул и короткой очередью застрелил его. Два пули попали в грудь, одна в шею, и бездыханное тело Мустафы Озтюрка упало в резервуар со свиным навозом.

Мощные прожектора ярко освещали площадку, где всё это происходило, оставляя на земле резко очерченные тени от мужских фигур. Над ними пели ночные цикады, а ветер доносил сырой запах от дальнего леса.

- Запомните, - произнёс наконец после минутного молчания Куприянов, - Вы все выполняли мои приказы, ослушаться не могли, но сами не стреляли. Всё сделал я собственноручно. Вопросы имеются?

- Никак нет, - раздалось с нескольких сторон.

- Тогда возвращаемся, - он развернулся и направился к джипам, по-прежнему стоявшим у входа. Остальные направились за ним.

1 - Шарите́ — университетский медицинский комплекс, являющийся одной из крупнейших больниц в Европе

2 - Колопортус - заклинание, запирающее замки.

Глава XXVII. Прусские чародеи

*

(17 августа)

Габриэль де Ноай, глава Департамента Магических Происшествий и Катастроф Французской Магической Республики, сидел за столом в своём кабинете и готовился к завтрашнему заседанию Директории. За один день события в Берлине поставили перед руководством Франции несколько вызовов, и основным, что занимал сейчас де Ноайя, было отношение с семьёй Абрабанель - именно они пустили на свои земли турок, что взяли на себя ответственность за два берлинских взрыва.

Габриэль сокрушался, что хоть Фавр де Поль и была официально освобождена из под стражи, но приняла решение остаться в Берлине для помощи в расследовании, а также для завершения собственной миссии в Германии. Будь она здесь, всё было бы проще. Ропот поднялся прежде всего в её департаменте, слишком много среди мракоборцев оказалось ястребов, что желают идти предавать справедливому суду Абрабанелей и всех сочувствующих им.

Де Ноай устало потёр лицо ладонями, он надеялся только на одно, что за взрывами не стоит хитроумный план Абрабанелей, чтобы отвлечь внимание французов на Берлин, а затем ударить самим по Парижу.

В дверь настойчиво постучали, судя по звуку ногой.