Пожиратель теней

Что вот он, конец света — сейчас на меня набросятся и сожрут. Отовсюду слышались всхлипы, мычания, проклятья. Кто-то в слезах просил, чтобы его перестали преследовать.

В пятку что-то впилось, и я шикнул. Внимания вроде бы не привлёк. По крайней мере, никто не поинтересовался, кто это расшумелся. Я аккуратно поднял ногу и выдернул иголку от шприца. Валялось их тут немерено. Если бы не осознание того, что ничем мне эта ранка не грозит, то сердце бы, наверно, разорвалось на мелкие кусочки. От ужаса. От мысли о том, для чего эта игла использовалась и куда кололась.

От ставшего вдруг неопределённым будущего. А так – до лампочки. Хоть кирпич на голову свалится – не волнует.

Ещё немного, и я бы наверно выругался, поскольку боль-то никуда не девалась, как ни крути, но взгляд мой упал на старика. Он выделялся среди прочих аккуратным костюмом в коричневую клетку, прямой спиной и расправленными плечами. Он смотрел на меня во все свои огромные серые глаза на худом бледном лице, не моргал. Я виновато кивнул, надеясь на этом закончить наше молчаливое столкновение, и под пристальным надзором старика захромал в конец коридора, где виднелся светлый балкон.

Дверь на балкон также отсутствовала, вернее, стояла на последнем издыхании у стены. Сам балкон проржавел: опасно просто смотреть на него, не то чтобы на нём стоять. Однако меня не покидало ощущение, что без глотка свежего воздуха я попросту сойду с ума.

Дом стоял на окраине города. Рядом ютились деревянные, тоже заброшенные здания. Какие-то из них хорошенько погорели.

Какие-то сгнили и обвалились. Грязная сельская дорога извивалась в лужах и исчезала в пролеске. У столба с обрезанными проводами чернела остановка, покорёженная и заваленная мусором, как и всё здесь.

Я вдохнул поглубже, и, осознав, что обычный выход на улицу от вони не избавит, начал тереть одежду. Будто так смогу ее очистить. Будто весь запах, оставшийся от времен в подвале, исчезнет враз.

Чем сильнее я старался, тем больше понимал, что это не имеет смысла. Тем злее я становился.

В один миг голову затуманила одна мысль: я обязан очиститься, по-иному никак — и всё тут. Дошло до того, что плечо, которое я чесал, не переставая, зажгло, и я одернул ворот футболки. Так расстарался, что кожу содрал.

— Если хочешь помыться, — раздалось за спиной, — то во дворе есть колонка.

Я повернулся. Старик, с которым меня так и не появилось желания связываться, улыбался и поглаживал свою седую шевелюру: кудрявые пакли лезли во все стороны.