Хроники полной луны

Я всегда теряю над собой контроль лишь в двух случаях – в приступе звериного голода и неконтролируемой ярости. Голод я утоляла три ночи напролет, поэтому сейчас верх взяла ярость.

Да как они смеют, паскуды...

Смена облика заняла полминуты, и я обезумевшим зверем набросилась на обидчиков незнакомой девчонки. И ни мускулы, ни ножи их не спасли. Я рычала, царапалась и кусалась, рвала человеческую плоть на части, раздирала тела в клочья...

О девчонке забыли все и сразу. Один из обидчиков удрал на машине, второй – убежал, выстрелив в меня из газового пистолета, а третий так и остался лежать на дороге.

С минуту я моргала и, поскуливая, терлась носом о передние лапы, а потом заметила неподвижно лежащее тело. И пробудившийся зверь, забыв о слезоточивом газе, потребовал награды.

Обнюхав тело, я издала победный вой и жадно впилась в добычу. И вспомнила о девчонке, лишь насытившись. А она, дрожа, стояла у обочины, прикрываясь тощим рюкзачком, как щитом. Белая, глазищи круглые, рот разинут, и так сладко пахнет первобытным страхом.

.. Но, на её счастье, моё время проходило. Сытый зверь засыпал, и я начала непроизвольно перевоплощаться.

Надо было видеть недоверчиво-отчаянный взгляд девочки, когда я голышом присела на корточки у поребрика.

– Они тебя не тронули? – голос после превращения хрипел, как старая труба, пропуская рычащие нотки.

Недавняя жертва нападения быстро замотала головой. Я кивнула.

– Вот и хорошо, – и обернулась, ища свою одежду. Вернее, то, что от нее осталось.

До девчонки наконец дошло.

Она снова выпучила глаза, в которых шок сменялся пониманием, а затем еще большим шоком.

– Так вы?.. – она запнулась, помолчала и решительно объявила: – Оборотней не бывает! Я читала!

Я усмехнулась:

– Мало ли, что ты читала... О таком не пишут в прессе. Только в сказках. В страшных.

Девочка испуганно попятилась, когда я встала, скептически изучая оставшиеся от своей одежды лохмотья. На ее лице появилась смесь священного ужаса и отвращения.

– Не бойся, – я нашла туфли, треснувшую по швам юбку и изодранную рубашку.

Пиджак, как и нижнее белье, восстановлению не подлежал. – Не съем.

– А п-почему?..

– Не хочу, – ответила коротко и взглянула на нее в упор: – Ты где живешь?

– Н-недалеко, – с запинкой ответила девочка, настороженно глядя на меня. – А что?

– Пойдем, провожу.

– Н-нет!.. – она попятилась в ужасе.

– Хочешь напороться еще на пару заинтересованных? – я кивнула на истерзанное тело. – Ладно.

– Н-нет... Я...