Хроники полной луны

добрее и светлее.

Прогуливаясь, я смотрела на людей, бегущих по делам с похожими выражениями тревоги и озабоченности на суровых лицах. Центр жизненного круговорота. Их волнуют и гнетут лишь собственные проблемы и благополучие, и никому нет дела до тех, кто оказался на обочине. Таких, как я. Нас немного, но мы есть. И наши проблемы не решаются простой беготней. Наверно, поэтому мы так любим... просто гулять. Смотреть. Дышать миром. И жизнью.

Навстречу мне неторопливо брел незнакомый пожилой мужчина, любуясь осенью и с любопытством наблюдая за людьми.

Философ. Созерцатель. Житель обочины. Пройдя рядом, мы переглянулись и обменялись улыбками. Он не был оборотнем – своего я чуяла за километр. Нет, он вампир, старый и с большим стажем, умеющий контролировать своих демонов. Чему мне придется еще очень долго учиться.

Кивнув друг другу, мы разошлись. Я – в церковь, он – высматривать очередную жертву. И всё-таки мне легче... Я считала людей пищей лишь три дня в месяц и не помнила процесса насыщения.

А для вампиров каждый человек – пища, вне зависимости от того, сыты они или голодны. Циничные прожорливые негодяи...

Зайдя в церковь, я перекрестилась, поставила свечи за упокой убитых и помолилась. Вот и всё, что я могу для них сделать после того, как... И в церкви мне опять стало неуютно. Словно мне здесь не рады. Словно мне тут не место. А впрочем, не «словно»... Так и есть. И есть, за что. И задерживаться не стоит.

Завершив первый ритуал, я принялась за второй, и жизнь вновь пошла по своему порочному кругу.

Утро, душ, церковь, прогулка... Мне было необходимо ощутить себя частичкой мира людей – чтобы жить, работать, смотреть в глаза коллегам и не видеть в них пищу.

И я гуляла. Бродила по городу, ела мороженое, помогала старушками переходить через дорогу, терпеливо выслушивая их жалобы на правительство и низкие пенсии, гоняла из парков курящих малолеток... В общем, развлекалась, как умела, чтобы забыть о том, кто я на самом деле. И забыть – пусть ненадолго – о роли, которую мне суждено играть в этой жизни.

Домой я возвращалась поздно, уставшая и умиротворенная. И на своей улице увидела то, из-за чего мой зверь опять взбесился, срываясь с хлипкого поводка. Двое парней затаскивали в машину упирающуюся девчонку лет четырнадцати, а третий отпускал сальные шуточки с места водителя. Девчонка верещала и вырывалась, но безрезультатно. Спальный район, ночная тьма, и, как назло, никого вокруг, кроме...