Брак по расчету

— Что это еще такое? — он недовольно указал на чемодан на колесиках, который притащила Лида, набив его одеждой, кое-какими личными вещами и всяким нужным барахлом.

— Мои вещи, — с вызовом ответила она, решив отстаивать свой чемодан до последнего.

— Я же сказал купить новое, — гнул свою линию Виктор.

— А я купила, вон Дмитрий несет, — Лида ткнула пальцем в охранника, взявшего пакеты.

— И почему это он несет легкие пакеты, а ты тащишь тяжелый чемодан? — Виктор явно хотел до чего-то докопаться, но Лида решила не сдаваться.

— Потому что это мои. Личные. Вещи, — отрезала она и потащила чемодан к лестнице.

— Виктор Валерьевич, да оставьте ее, она двужильная, — махнул рукой Дима, занося в дом пакеты.

С улицы пахнуло сыростью, Виктор поморщился и закрыл дверь. Он недовольно глянул на то, как Лида, пыхтя и ругаясь, тащит наверх чемодан, хотел было помочь, а потом осекся. Если уж с Димой они не разобрались насчет тяжелого чемодана, то с ним она скорее всего и вовсе встанет в позу. Так что пусть тащит. Помучается и попросит помощи.

Но Лида помощи не попросила. Она молча втащила чемодан на второй этаж и спокойно докатила его до своей комнаты, где взялась разбирать милые сердцу вещицы. То, что было частью ее жизни, ее воспоминания и прошлое, а теперь и настоящее. И, возможно, будущее. Достала старенький ноутбук и положила пока на кровать. Займется им позже.

Виктор постучался в ее комнату через час, решив, что девушка уже вполне остыла для разговора и способна адекватно воспринять новость. Он вошел, как только Лида открыла дверь и посторонилась, и поставил на стол коробочку.

— Это помолвочное кольцо. Надевай. Так твой статус в этом доме будет ясен до свадьбы, — холодно проронил он, стараясь не смотреть на свою будущую супругу. Проклятье, почему у него все не как у остальных? Почему даже темные жители этого города имеют право на счастье, а он — нет? И почему хотелось сделать все по другому, намного лучше, но что-то не позволяло?

Лида молча посмотрела на черную бархатную коробочку, пожала плечами и открыла ее.

— Это же… это дороже, чем даже если меня продать, — пораженно заявила она и взглянула на Виктора. — Ты же понимаешь, что за эту цацку меня закопают в ближайшей подворотне?

— В твоих интересах больше не ходить по подворотням, — отмахнулся Виктор.