Кикимору вызывали?

Судя по всему, женатым стражникам достаются более хлебные должности вроде охраны ворот и дежурства в мэрии, а холостякам хватает койки в казарме и патрулирования злачных мест.

— А скажи-ка, любезный, кто здесь у вас лучший сыскарь? — задал вопрос с подковыркой проверяющий.

Знал ведь, что кроме капитана тут всего четыре человека служат. Вот сержанта Гомеза и синьориту Карину ему уже назвали. А еще кто есть?

— Ну, лучшая у нас синьорита Карина, конечно, — неспешно ответил стражник, раскуривая трубку, — и чуйка у нее есть, и школу сыскарскую закончила, и не ленится к нашему коновалу забежать, если труп интересный найдут.

И Гомез при ней – и помогает, и учится, еще год-два – и сам сможет молодняк натаскивать. А старички наши больше по бытовым делам – если кто курицу украл или там обвесил на базаре. Или муж жене фингал поставил.

— Старички? — поддержал беседу Аугусто, вынимая из поясной сумки плитку сухофруктов и орехов, залитых тростниковым сахаром.

— Синьор Гаспар и синьор Перес, — выдохнул клуб сладкого шоколадного дыма стражник.

— Они тут давно работают. Школ сыскарских не кончали, из стражников поднялись и очень нашу синьориту Видаль не любят. Выскочкой считают.

— А почему выскочкой? — натурально удивился дон Медина.

— Ну как почему? Девчонка она, мелкая, в школу сыскарскую с боем прорвалась, если бы не капитан наш, так ни за что бы не взяли. У Гаспара сынок подрос обалдуй, у Переса племянник жены сильно хотел с дядюшкой сыскарем быть, а тут мелочь какая-то место заняла и работает так, что посмотреть любо-дорого.

О, а вот и они!

Стражник прервал беседу и указал кончиком трубки на другой конец площади. Дон Аугусто перевел взгляд туда и увидел высокого широкоплечего детину самой простецкой наружности и мелкую девчонку с зелеными волосами, кое-как собранными в пучок. Что интересно – оба они были в сыскарской форме. А когда подошли ближе, стало понятно, что несет от них тухлой рыбой и… маринадом! Ровно так, как от тварюки, подвешенной к перекладине.

— Бенни, привет! — мелочь зеленая помахала стражнику рукой. — Выдай нам мешок для хранения улик, с печатью.

— Прям с печатью вам! — заворчал стражник, споро вынимая откуда-то из-за спины грубый дерюжный куль с продернутыми в горловину веревками. — Чего хоть поймали-то?

— Да кровосос в портовой помойке завелся, — вздохнула девчонка. — Несколько собак выпил, козленка и на пьянчужку напал. Мы его пока нашли, да схватили, в той помойке искупаться успели.