Чудо

Он сидел на полу, укрывшись покрывалом, и с помощью карандаша переворачивал страницы похищенной книги. – Подай-ка мне один.

Я мотнул головой, устроился на стуле и откусил от бутерброда.

– Что-нибудь полезное нашёл?

– Бред какой-то, – не изменил он мнения. – Назову-ка я её Кошмарницей. Кошмарна не только внешне, но и по содержанию. Здесь разрисованы дикие способы распознания нечисти. Кто такая та рехнутая бабка? Эта обложка случаем не из кожи каких-нибудь сверхъестественных существ? О боже! А что если да?

Лейн коснулся молока и отдёрнул руку от бутылки, состроив капризную гримасу.

От приготовленных мной бутербродов он тоже отказался, потоптался немного сам себе на уме и вышел в коридор.

– Будешь молоко? Нет? Дай мне! – тенеходец слегка сдвинул маску.

Я перенёс еду со стола на пол и сел рядом. Пора прекращать любоваться на картинки и приняться за дело.

Мы разбирались в Кошмарнице до ночи. Потом спрятались и пытались делать вид, что вовсе не подглядываем за тем, как родители укладывали Лейна спать.

Затем снова изучали книгу под светом фонарика, который Чонёль предусмотрительно запихал в один из карманов своего походного рюкзака.

– Получается, мы демоны? – прошептал я.

Лейн мирно посапывал, и будить его не хотелось.

– Демоны злые, – со знанием дела заявил Чонёль. – Мы же хорошие.

– Тогда почему на нас эти заговоры действуют?

– Травища не действует на простых, обычных людей. А мы сложные. Не злые, а сложные. Так-то. Ты чего из стороны в сторону шатаешься? Спишь, братец? Ну, да ладно! Я всё равно долго сидеть буду.

Подозорю…

Проснулся я, услышав шаги и грохот на кухне.

Чонёль беззаботно похрапывал рядом.

– Ты чего? – растормошил я его. – Вроде божился, что на стрёме будешь.

– Когда это? У тебя слух лучше, – потянулся он, зевая, – ты и сторожить должен! Да и вообще! В порядке же всё. Чего кипишуешь?

Лейн сидел на заправленной постели и смотрел в потолок – считал звёзды на крутившемся небосводе. Я убрал мягкую игрушку из-под головы – честно не помню, как она там оказалась – и, подложив ладонь, тоже стал наблюдать за медленно движущимися точками.

Время от времени среди них вверх пролетала Чудо. Потрескивания ночника успокаивали. Чонёль продолжал бурчать и если не особо вслушиваться, то можно подумать, что телевизор работает.

– Лейн! – раздался стук и переполошил нас. – Встал? Пойдёшь завтракать?

Лейн проворно обогнул книжные горы, пряча левую руку в растянутом рукаве кофты.