Чудо

– Сперва вещи, затем ты, братец, – расставил он приоритеты.

Чонёль проскользнул в узкую тень перил, а я остался ждать, украдкой посматривая на квартиру старухи. Конечно, и мысли не возникало пробиться в любимцы бабы Веры – да и сам я её особо не жаловал, – но она часто угощала меня леденцами, когда был помладше. Она всегда интересовалась моим здоровьем и улыбалась мне. И в то же время, получается, поджидала момент, чтобы от меня избавиться.

Чонёль появился за спиной незаметно и ухватился за моё плечо. Я успел почувствовать прохладное облако под ногами, а дальше мы уже стояли в комнате Лейна.

– Когда знаешь куда идти, – сказал тенеходец, – достаточно шага, чтобы добраться. Теней много, и они постоянно пересекаются.

– А они не могут выбраться к нам? – Я следил за тем, как он швырнул мою сумку под стул, а свой чемодан стал старательно запихивать под кровать.

– Зачем им? А если и захотят, им маяк нужен, как и нам. Ты ведь не сам туда попадаешь? Через меня. Вот им так же надо!

– Ты и их маяк?

Лейн, притаившийся в углу, начал мычать.

– Правильно! – победоносно выдохнул Чонёль, сумел-таки спрятать огромный чемодан. – Давай нашу! Провокационную!

– Ты давно здесь ошиваешься? – удивило меня их побратимство.

– Чаще, чем дома, – плюхнулся он на стул.

– Его родители знают?

– Ме-ме-ме! Родители то, родители сё! Ничьи родители не знают. Нечего тут сопли разводить! А если уж совсем без этого не можешь, так пожалуйста, вот тебе моё разъяснение – Лейн нас пригласил.

Лейн в углу замычал.

– Неправильно это, – сказал я.

– Раньше ты радовался, когда я у тебя дома бывал. Помнишь, братец? Тоже так хотел. А сейчас мораль мне читаешь? Что, по-твоему, я должен делать? – заворчал он. – Решать бесполезные задачки в душной комнатёнке? Зачем мне это?

– Светлое будущее и всё такое.

– Мне побоку вся эта борьба за место под солнцем, – Чонёль постучал себе по груди. – Я же вытащил счастливый билет, когда родился в Ужасную Ночь. И ты тоже, кстати. Не знаю, чем ты недоволен. Тем, что лучше других?

– Мама говорит, что человек – существо коллективное. Он счастлив, когда вливается в общество, а не выделяется из него.

– Послушай-ка меня, – он перестал вертеться в кои-то веки.