Чудо

Не бойся! Мы же рядом.

Звон хлынул от разболевшихся ушей к вискам, и я открыл глаза.

– Моя любимая чашка! – вскрикнул Чонёль.

– И что? – усмехнулась Корнелия. – На кой ты вообще её с собой потащил?

– Она очень красивая, – ползал он на коленях, собирая осколки. – Теперь её нет…

– Ну, так не шастай за мной по пятам! Не беси! Иначе ещё что-нибудь сломаю. И это точно будет не чашка!

Пружины на старой кровати предательски заскрипели, стоило мне шевельнуться.

– Проснулся! Проснулся, – окружили меня взволнованные лица.

– Ты как, братец? – Ладонь Чонёля замелькала у меня перед носом.

– Где мы? – прохрипел я. – Кто вы?

– Ты ему память отшибла! – покосилась на Королеву Мириам.

До чего серьёзный тон.

– А может ты?

Я рассмеялся, но веселью не суждено было продлиться долго.

В ушах зазвенело. Хотел было дотянуться до слухового аппарата, но меня словно катком переехали. Корнелия ощупала мои карманы, нашла жучки и протянула их. Ну что ж, привет, дружочки.

– Не шути так! – толкнул меня Чонёль. – Напугал до чёртиков! Ну, так как ты?

– Нормально. – Мириам смотрела на меня с ожиданием, потому я добавил, подумав с секунду: – А Лейн как?

Лейн высунулся из-за спины тенеходца и рассеянно махнул рукой.

– Жаль, того, кто нас видел, поймать не удалось, – сказал Чонёль. – Знаю-знаю! Если свидетель откроет рот, нам крышка. Ну, в смысле, я же искал его по теням, но он умело затерялся! Он прекрасно знал, как прятаться от кого-то, вроде нас.

От последних слов вздрогнули все, и в берлоге наступило неловкое молчание.

– Мне не совсем понятно, что случилось? – потёр я шею. Казалось, на ней сидел паук и шевелил тонкими лапами-щётками. – Вернее, совсем непонятно.

– Ты там учудил, конечно! – Корнелия похлопала меня по ноге, то ли хваля, то ли ругая. – Я так разозлилась! Подумала, ты мой голос украл, – она выпучила глаза. – Такой тишины я никогда не слышала! Она проникала в трещины на земле, которые послала Топтоножка – Чонёль придумал! – хихикнула она, – и остановила их.

– Когда пойдём туда, тогда и проверим. – Мириам деловито катнула колёса кресла. – Но это было нечто! Серьёзно! Правда, я от ужаса чуть с ума не сошла. Думала, больше никогда не смогу слышать и говорить.

– Хватит издеваться, – не поверил я.