Чёрным золотом. Пробуждение

Выйдя к ней, я обнаружил нашу полукровку, отстранённо глядящую в окно. Вошёл я молча, да и сейчас не собирался ничего говорить, надо будет – сама скажет.

— Как ты думаешь, у нас есть шансы?

— Шансы есть всегда.

— Какие? – теперь она крайне серьёзно смотрела на меня.

— Не самые большие, – хотела, чтобы её утешили, надо было звать не меня.

Но в следующий миг она меня удивила:

— Думаешь, они могут ударить нам в спину?

Моя бровь против воли поползла вверх.

— Поясни.

— Ты и Малькольм. Вы друг друга ненавидите. Если бы это были только Дерек и Анна, я бы даже не сомневалась в них, но вы двое.

.. Я не хочу, чтобы ваша ненависть друг к другу перевесила все наши старания остаться в живых.

И куда делась та наивная Стася, в которую втрескался Зак?

* * *

Зак не узнавал себя в зеркале. С каждым днём изменения становились всё сильнее и заметнее. И с каждым днём он всё больше и больше походил на труп. Кожа, до того бледная, теперь посерела, глаза ввалились. В весе он потерял около половины. Но удивляло его, что никакого дискомфорта не ощущалось, хоть он и должен был уже умирать на больничной койке.

Также он заметил, что глаза в темноте начинали светиться мертвенно-зелёным. И из головы всё не выходила та встреча с серафимой, когда та даже коснуться его не смогла. Его боялись люди, соседи так и вовсе кругом обходили, некоторые даже крестились при встрече.

Мир вокруг него рушился и выстраивался вновь совершенно непонятным и невиданным ранее образом.

Он мог чувствовать жизни других. И особенно ярко выделялись крылатые.

Но в себе он жизни не ощущал, и это пугало до колик в животе.

Он чувствовал себя то ли тенью живых, то ли тенью самой жизни.

Зак смотрел в зеркало и внутри него поднималась злоба.

— Угораздило же меня связаться с эфирососущими не пойми кем!.. Чёрт бы тебя!..

В приступе гнева он разбил зеркало кулаком.

Осколки впились глубоко в руку, но крови не было.

— Что за?!

Зак схватился за ладонь, сперва думая, что кровищи будет много, но потом – ожидая, когда же она пойдёт.

А вместо неё раны заполнила вязкая жидкость зеленовато-серого цвета, затягивающая их так быстро, что Зак успел удивиться только тогда, когда уже не осталось никаких следов.

Глаза парня округлились. С новым интересом он посмотрел на своё отражение в осколках. Тут до него дошло, что кожа, ранее свисавшая складками и покрытая глубокими морщинами, теперь разгладилась. Конечно, ещё не полностью, но он уже перестал выглядеть на шестьдесят, а то и все восемьдесят.

— Хм...