Лихорадка Пифона

Охрана у ворот пропустила путешественников без вопросов, скорей всего, была предупреждена о них заранее. Дворцовые галереи поражали размерами и высотой. Было странно видеть столь грандиозное сооружение в гномьем царстве.

Гостевые покои Подгорного дворца, куда привели путников, представляли собой необъятное помещение, очертания которого терялись вдалеке. Кругом совершенно бессистемно стояли кресла, столы и диваны, как на мебельном складе. Диваны были такой ширины и длины, что на каждом из них могла уместиться дюжина человек, не то что гномов.

— К ним в гости ходят великаны, — заключил Рой, начинающий ориентироваться в новом мире.

— Если у них есть баня, я полюблю этих бровастых, — сказала Элис, блаженно плюхаясь в кресло.

Оказалось, что у гномов имеется нечто помасштабней — целая пещера, отделанная мрамором, с многочисленными бассейнами, фонтанами и купелями с разнообразным наполнением: в одной пенилось и пахло нежными фиалками, в другой булькало, шипело и завлекало персиковым ароматом, в третьей били горячие источники, а рядом — ледяные.

В общем, путники отмокли, отмылись, наплавались. Водные процедуры оживили и развеселили измученных туристов. Потом гномы их накормили и уложили спать на белоснежных полотняных простынях. Жизнь, казалось, налаживалась. Сейчас путники не думали, что за все надо платить, и в таких волшебных местах не деньгами, а свободой и самой жизнью.

Глава 40. Радужное королевство

Главная бородатая женщина гор, хозяйка бровастых гномов Хора, уже второй день была в многотрудном пути.

Они осторожно шли по чуть приметной тропинке на краю обрыва, внизу которого шумела, поблескивая серебром, извитая горная речка. Тропинка уходила все выше и выше, становясь все уже и уже. Гномы прижимались к отвесным скалам, вздрагивали и приседали от страха, когда из-под башмаков в пропасть срывались камни.

Бор Удалец, возглавляющий отряд, остановился и поднял руку. По этому знаку гномы приблизили головы к скалам, замерли и закрыли глаза. Через несколько минут опять пошли вперед. Так они проделывали несколько раз.

— Я слышу, — радостно воскликнул Мур Певун, прильнув ухом к камням на третьей остановке.

Он обладал тончайшим, редкостным среди бровастых гномов слухом и нежнейшим голосом.