Петербургский дракон

Ажурная золотая — указывала на значок в виде переплетенных узлами труб. Драконы поняли, что это символ Медных ворот. Сбоку от центра круга имелся циферблат обычных часов, стрелки которых сошлись вместе и замерли на двенадцати.

— Старинный навигатор, — определил Генрих. — Все понятно.

Галактион проводил путников, помахал им рукой и тихонечко перекрестил за спиной. Так всегда поступала его мать, когда кто-то уходил из дома. Он продолжал поддерживать традицию, делая это не для драконов или снежного человека, а для себя.

Маришка поцеловала мужа на прощание и для профилактики погрозила кулаком. Она с детьми решила погостить у Аграфены. Колбаса, на удивление, этому не обрадовался, а был грустен и молчалив.

— Что, Аполлинарий, такой печальный? — драконы теперь только так называли снежного человека. — Свобода, радуйся, — смеясь, сказал Генрих, когда они отъехали от дома звездочета.

— А-а-а… Что вы понимаете? — махнув рукой, пробурчал снежный человек и надолго замолчал.

Медные ворота располагались в Лукаревском ущелье, отходящем от Западного под острым углом.

Они представляли собой высокую каменную арку. Не было на них медных труб, как на рисунке в Золотом толмаче. Да и вообще, драконы не увидели каких-либо вензелей или меток, указывающих на волшебную сущность данного природного сооружения. Разве что ворота и белые скалы вокруг покрывали коричневые пятна, похожие на ржавчину, но это была не медь, а рыжие лишайники.

— Отчего они называются Медными? — спросил Генрих.

— Это их суть, а не вид. Ворота почти все одинаковые, — хмуро ответил Колбаса, он был явно не расположен к разговорам.

Лукаревское ущелье извивалось как змея. Оно имело множество поворотов, ответвлений и тупиков. По его дну протекала речка Дурная, полностью оправдывающая свое название. Она частенько меняла направление: то на восток повернет, то на запад. Иногда речушка становилась полноводной, с порогами и водопадами, а в иные годы превращалась в мелкий спокойный ручей.

— Идите за мной.

Здесь провалиться можно, — буркнул Колбаса и для наглядности с силой стукнул палкой.

Прочный на вид лед легко разбился, под ним оказался глубокий колодец, уходящий в темноту. Речка Дурная не уставала искать новые пути, создавая подземные ходы и пещеры. Летом от намытого грунта ее воды всегда становились мутными. А невидимые ловушки представляли опасность.

Колбаса протопал на снегоступах под Медными воротами. Драконы проскочили под ними на лыжах.