Петербургский дракон

Золотой Толмач громко блямкнул — и секундная стрелка сдвинулась с места. Начался отсчет времени, отведенный на прохождение Призрачного приюта.

После Лукаревского ущелья путешественники прошли еще несколько. Следовали строго по черной стрелке, указывающей направление пути. Через пару часов добрались до Вельзевельского ущелья. Здесь располагались Загадочные ворота. На Золотом Толмаче им соответствовал символ, изображающий песочные часы. Арочный свод ворот был хорошо виден, но путники шли уже больше часа, а цель не приближалась.

У Феникса порвалось крепление на лыжах. Он крикнул несколько раз, чтобы его подождали, но Генрих со снежным человеком, не поворачиваясь, уходили все дальше, как будто его не слыша. Феникс сначала растерялся, затем засунул сломанную лыжу между лямками рюкзака и полетел вперед на одной быстрее, чем на двух. К своей радости, он в скором времени догнал товарищей. Под удивленным взглядом Генриха пронесся мимо и врезался в спину Колбасы. Тот от неожиданности чуть не свалился.

— Ты чего? — возмутился снежный человек.

— Я кричу, кричу. Вы оглохли, что ли? У меня крепление сломалось, — обиженно воскликнул Феникс.

— Ничего мы не слышали, — сказал Генрих.

— В этом ущелье всегда какая-то чертовщина творится. Страшно подумать, что тут начнется, если ворота активируются. Нужно убираться поскорее. Давай свою лыжу, — сказал Колбаса.

Крепление починили, для безопасности соединились веревками, так дальше и пошли, гуськом в одной связке. Однако и через час ворота ближе не стали.

Вдруг Колбаса остановился и показал драконам навигатор — на нем золотая стрелка с Загадочных ворот переместилась на Разрушенные. Обернулись. Загадочные ворота теперь виднелись сзади, на том же расстоянии, как до этого впереди.

— Говорю же, чертовщина. Каждый раз что-то новенькое. Главное, что никакого научного объяснения, — проворчал Колбаса.

Время, пространство и звук в Вельзевельском ущелье существовали по собственным законам.

— Когда я вам кричал, странное было чувство. Меня как будто кто-то за горло схватил и душил.

Ни вдохнуть, ни выдохнуть. Еще воздух такой неживой, плотный стал. Казалось, можно куски от него отгрызать. В общем, чуть не задохнулся. Зову на помощь, а вы не слышите, — рассказал Феникс.

— Когда ты пронесся мимо меня с выпученными глазами и на одной лыже, я подумал, что за тобой гонится чудовище. Сам готов был бежать. Повернулся, никого нет, — засмеялся Генрих.

— Я мог и оплеухой тебя наградить. От неожиданности.