Царевна-лягушка для герпетолога

Ты сможешь меня простить, Маш, что я ночью без спроса в ваших вещах рылась? И первое сообщение с твоего планшета ему, постылому отправила о том, что продолжаю поиски, прошу дать несколько дней отсрочки. Я ведь думала, найду сейчас иголку, преломлю наконечник, а там пусть хоть заживо сжигает! Но так ничего и не отыскала.

– Поэтому Бессмертный тебя тогда забрать хотел? – уточнила я, вспоминая жуткую ночь, когда с дудочкой в руках держала оборону.

– Ему это едва не удалось, да ты помешала, – кивнула Василиса.

– А Лева с помощью исцельницы в мир людей меня почти вытащил, – добавила она, и ее голос сорвался на всхлип, вызвав и у меня труднопреодолимое желание разрыдаться.

– Почему ты тогда в ресторане нам ничего про поиски иглы не сказала? – спросила я, прокручивая события дня хорового экзамена.

– Стыдно было, – призналась Василиса. – Вы так по-доброму ко мне отнеслись. И ваши родители, и, в особенности, Ваня. Он ведь даже ни словом не подумал меня упрекнуть или спросить, почему я другому обещалась.

Что теперь говорить? – вздохнула она. – Иголки как не было, так и нет.

Она глянула на меня, что-то прочитала в моем выражении лица, и в ее взгляде появилась надежда.

– Или есть? – переспросила она.

Я едва заметно кивнула.

Василиса зажала рот, сдерживая жалобный девчачий скулеж. Ее ощутимо трясло, и она не пыталась вытирать льющиеся безостановочным потоком слезы.

– Погоди, я сейчас, – попросила она хрипло и глухо.

Потом торопливо засеменила куда-то вглубь покоев, стараясь не потревожить крепко спящего Никиту.

Она вернулась быстро, решительно сжимая в руках знакомые мне пустые скорлупки.

– Хорошо, что ты прихватила их с собой, – улыбнулась Василиса, кладя половинки яйца возле моей клетки. – Если сложить их вместе, они откроют портал к заветному дубу. Отыщешь на пустоши Леву. Если немертвые до него не добрались, он подскажет, как Ивана вернуть. Или как-нибудь сама справишься.

Я потрясенно слушала ее и не понимала, что она задумала, вернее, просто отказывалась принять.

Но она уже тянулась к нижнему замку.

– Нет, не надо, не смей!

Забыв об осторожности, я закричала так громко и отчаянно, что, вероятно, услышали немертвые на пустоши, а Никита недовольно заворочался на софе.

– Я все равно собиралась тебя освободить, – торопливо, словно оправдываясь, проговорила Василиса. – Хотела, чтобы ты спасла Ваню и Леву, и вы вернулись в Явь. Теперь вижу, что и для меня остается пусть небольшой, но шанс.