Алексей Кожемяко и Полоцкий вирус

Некоторые задыхались, словно им не хватало воздуха. Лица становились прозрачными, взгляды – бессмысленными. Потом они сворачивались в клубок, точно мерзли, и впадали в сонное оцепенение. Это был именно Полоцкий вирус.

Вере Павловне и Платону Нектарьевичу еще повезло, что они так и не пришли в сознание. И сыпь, и температура, и тяжелое дыхание у Кожемяко были, но зато они не чувствовали боли.

Ни у кого не было сомнений, что уже на третий день все эти люди умрут, а потом поднимутся упырями, чтобы убивать сородичей.

В природе нет, и не может быть такого заболевания. Эту болезнь вывели искусственно маги прошлого. Они думали, что так уничтожат всех «лишних людей» и создадут на этом погосте свое мировое господство на века.

Константин Борисович никогда не разделял теории расового превосходства ангелов или Павших над людьми. Он добивался мирного сосуществования народов. Поэтому нет ничего странного в том, что банкир, вместе с мэром города Федором Степановичем Головиным, незамедлительно возглавил Штаб Спасения.

Вскоре был объявлен сначала карантин, а еще через два часа, после согласования с Москвой, и – Особая Чрезвычайная Ситуация. Въезд и выезд из зараженной зоны запретили. Из области, в срочном порядке, прибыли военные, которые установили блокпосты на всех дорогах и даже на неприметных тропах. Покинуть город больше никто не мог.

Автобусы и машины с беженцами из обоих Домов Павших остановили на границе района, поселили всех в местной школе, запретили общаться с населением. Изолированным подвезли продукты, воду, медикаменты.

Врачи к ним приходили только в защитных костюмах, точно Павшие подверглись радиационному заражению.

Взрослые незамедлительно собрались в левом крыле здания и принялись обсуждать свое незавидное положение.

Дети не выходили из классов, где им поставили раскладушки. Они все, как один, уткнулись в свои гаджеты. Современные подростки именно так и прячутся от всего страшного и непонятного.

Тем временем, в самом зараженном городе, люди падали прямо на улицах, их подбирали машины «Скорой помощи».

С одной из таких партий больных привезли и Изольду Леопольдовну, которая, была ещё в сознании, но никого не узнавала, лишь непрерывно твердила о Гласе божьем.

К вечеру в больнице оказалось больше двухсот человек и полсотни замешкавшихся Павших. Кровати начали размешать не только в палатах, но и в коридорах. Из ближайших домов принесли старые раскладушки. В больнице негде было яблоку упасть.

В городе началась настоящая паника.