Учуруматхан

И не имело уже значения то, что я был под землёй, что моря и неба тут никак быть не могло. Я словно оказался в другом мире.

То есть, не оказался, пока не оказался. Но непременно окажусь, если продолжу идти по этому туннелю. Я чувствовал это, знал это!

Снова увидеть тот же берег, те же тела, ту же тучу...

Увидеть, и остаться там навсегда, как того хочет этот пугающий мир...

Я понял это со всей неотвратимой отчётливостью.

И вот тогда я повернулся и побежал.

Впрочем, «бежал» — это сильно сказано. Я еле передвигал ногами, и не только потому, что мне приходилось теперь одолевать подъём туннеля.

Что-то тянуло меня назад, что-то не отпускало отсюда.

В левой руке я почувствовал ноющую боль, а когда посмотрел на неё, то увидел, что ладонь сделалась почти прозрачной; она словно была отлита из матового стекла.

Я старался прибавить шагу, и чем дальше я убегал от багрового ужаса, тем легче мне давался каждый шаг. Но бороться с навалившейся паникой я уже был не в состоянии. И когда выскочил к развилке, то не сразу сообразил, куда мне надо идти.

И как перепуганный заяц метнулся не в тот туннель.

Я не сразу заметил, что пол снова начал понижаться. Облегчение от того, что бежать становилось легче, заглушило все остальные мысли. Я нёсся со всех ног и чудо ещё, что не свалился и не раскроил себе башку о камни. И вдруг я, задыхаясь от бега, влетел в громадный зал, стены которого при моём появлении медленно начали разгораться белым светом.

Вначале я обрадовался, что уже добежал до Светящегося Зала, где делал привал.

Но потом огляделся и похолодел. Я понял, что это не тот зал. И самое скверное то, что этого зала по дороге сюда я не видел.

Заблудился?

Если так, то мне конец. Найти путь обратно будет равносильно чуду. Хотя...

Я подавил зародившуюся панику и огляделся внимательнее.

Этот зал, или пещера, относительно своей длинны, был намного уже и напоминал, скорее, широченный — метров в триста шириной и высотой — туннель, метров через восемьсот оканчивающийся тупиком.

И дальняя его часть не светилась совершенно, так что вначале я принял её за выход отсюда. Но никаких других выходов из этого зала не было. Сюда вёл лишь один коридор, по которому я пришёл. А значит, можно не устраивать истерики, а успокоиться, прийти в себя и вернуться обратно. Я уже догадывался, где мог не туда свернуть...

Пытаясь отдышаться и успокоить бьющееся сердце, я машинально двинулся вперёд. Пол под ногами был ровный, но усеянный некрупными камнями.