Учуруматхан

Камни эти не светились, и в ровном матовом свете выглядели как глубокие тёмные норы. Совершенно невозможно было понять, высоко ли нужно поднимать ногу, чтобы перешагнуть через них. Поэтому идти приходилось осторожно, чтобы не споткнуться. Всё внимание я уделил тому, куда ступаю, и как-то незаметно для себя прошёл весь зал, оказавшись метрах в десяти от дальней, несветящейся стены. И тогда это и произошло. Не знаю даже, как описать увиденное.

Стена треснула. Трещина эта протянулась по всю ширину зала. Она возникла примерно на уровне моих колен и начала расширяться, поползла вверх, словно кто-то поднимал участок стены передо мной, как занавес.

Всё происходило без какого-либо грохота или даже шума; негромкий звук редких осыпающихся камней был единственным, что нарушало тишину. Но от этого происходящее казалось ещё жутче. За трещиной находилось что-то блестящее, словно стекло, густого тёмно-красного цвета. Или даже не стекло, а нечто багровое, напоминающее подсвеченный красным фонарём густой дым, прикрытое слоем толстого стекла.

Трещина постепенно расширилась настолько, что стена уползла под самый потолок, открыв огромный блестящий круг серо-багрового цвета. Он казался выпуклым, как щит, и в диаметре превышал двести метров. Прямо в центре этого щита, вертикально пересекая его и деля пополам, проходила веретенообразная полоса глубокого чёрного цвета. Края полосы были неровными, с симметричными выступами. В широкой центральной части полоса достигала метров сорока.

Я подошёл ближе и увидел, что в глубине гигантского щита и правда вращаются пласты дыма — того же красного оттенка, но только более светлые или тёмные. А в веретенообразном чёрном пятне сверкают и прыгают редкие серебристые и зелёные искорки. Некоторые из них подплывали очень близко, и тогда делалось понятно, что размером они не крупнее горошины.

Я начал отступать назад, чтобы оценить общий вид этого щита. Но когда я пятился, под ногу подвернулся камень. Я свалился и прилично стукнулся затылком. Кое-как поднявшись, я проковылял ещё шагов пятьдесят, глядя уже только себе под ноги. И лишь затем обернулся. И тогда дыхание у меня перехватило, сердце замерло и я с ужасом понял, чтó передо мной находится.

Гигантский глаз.

И глаз этот смотрел прямо на меня.

Только отойдя от него подальше я почувствовал это.