Учуруматхан

По дороге я осмотрел ещё несколько боковых ответвлений, но все они оказались заваленными. Возможно, это были последствия землетрясений, а может быть и дело рук человека. Но я уже не сомневался в том, что все эти ответвления выходили раньше к таким же колодцам. И у меня появилась мысль, что те два колодца, о которых мы с Толиком собрали столько информации, на самом деле последние из всех. Что раньше их было намного больше, но постепенно...

Постепенно что-то случалось. И теперь всё то — не знаю, что именно то: газ?.. излучение?.

. — что рассеивалось по многим из них, выходило из этих двух колодцев под бóльшим напором, более концентрированным. Всё равно как водопроводная труба, в которой заделали все дыры, кроме двух, откуда теперь хлещет вода с усилившимся напором.

Я уверился в том, что догадка моя верна, когда свернул в ещё одно боковое ответвление. Пол там повышался, коридор понемногу забирал вверх и был очень низок (я шёл согнувшись), но когда я вышел к колодцу, он оказался на не меньшей высоте чем тот, через который я сюда спускался, хотя я и забрал вверх метров тридцать.

Этот колодец тоже был замурован: остриём вниз из его горловины торчал громадный кусок скалы. Несколько некрупных камней валялись под ним на полу.

Я осмотрел пол в поисках костей, хотя и не был уверен, что они тут окажутся. Но кости были, хотя я и не сразу понял, что это именно кости: тёмно-бурые комочки, разваливающиеся в пальцах в пыль. Среди этих комочков я нашёл два кремниевых наконечника стрел.

Несмотря на то, что колодец этот явно располагался на какой-то возвышенности, мне показалось, что он находится гораздо ближе других к морю.

Воздух здесь был сырой, сильно пахло плесенью, а на стенах кое-где темнели пятна влаги.

Обратную дорогу я всегда находил без труда. Все эти ответвления, как я уже говорил, были уже и ниже основного коридора. В некоторые из них вообще можно было пролезть только на четвереньках. Но основной коридор продолжал оставаться широким и по нему можно было идти довольно быстро. Отмечать путь мне приходилось только там, где коридор разделялся на два, три или даже четыре точно таких же.

Когда я свернул в один из них, пол круто пошёл вниз.

К этому моменту я находился в лабиринте уже три с половиной часа, и всё чаще начинал подумывать о возвращении. Разочарованию моему не было предела. Ничего, что могло бы помочь мне разобраться в терзавших меня вопросах, я не нашёл. Всё вокруг оказалось до обидного обычным, разве что Светящийся Зал можно было назвать странным.