Ветер

Вы же не хотели нападать?

— Ну, — признала свинья, — не хотели, но страшно-то… Так ты кто? — вспомнила вдруг она. — Ты, что ли, черного мага не боишься?

— Я маг Ветра, — ответил я шепотом, чтобы старик не услышал.

Хрюшка подумала поросячьими мозгами и решила:

— Стихийным можно верить, — хрюкнула ушла с дороги.

Федор Михайлович, следящий за нами, чуть от удивления в грязь не сел.

— Что с вами? — испугался я, когда он пошатнулся. Но, нет, боли в сердце не было, так что это всего лишь удивление, а не инфаркт, как я сперва подумал.

— Ты с ней разговаривал, как с человеком, — прошептал старик.

— Ну и что? — я напустил на себя профессорский вид. — Но вы же не слышали, чтобы она мне отвечала, верно? Настоящие ветеринары всегда разговаривают с животными.

— А-а… — протянул Михалыч. Кажется, поверил. — Ну, куда тебя отвести?

— Туда, где, вы сказали, есть пострадавшие.

— А лекарства где взять? — растерялся дед.

— Не нужно.

— Как? — снова ничего не понял он.

— У меня прабабка знахаркой была, — опять соврал я, чувствуя, что моя легенда трещит по швам.

Федор Михайлович даже присвистнул.

— Парень, ну ты прям спасательная аптечка!

— Никакая я не аптечка, — отмахнулся я. — Пойдемте к больным.

В первом доме пострадавших было двое: женщина с разбитой, кое-как перевязанной головой и девочка с пораненным курицей глазом. Не появись я, девчонка осталась бы с одним глазом.

— Как ты это делаешь?! — воскликнул отец семейства, когда девчушка распахнула совершенно здоровый глаз.

— Тайны врачевания предаются у нас по наследству, — уклончивой полуправдой ответил я.

— А ты не говори, не говори, — успокоил меня мой проводник Михалыч. — Не говори, лечи только.

Я благодарно улыбнулся. Меня этот вариант полностью устраивал. Силы за два часа поездки ко мне вернулись, и я мог исцелять людей без всякого для себя ущерба.

— Надеюсь, вы ничего не сделали с животными, которые бросились на вас? — спросил я у исцеленного семейства.

— Нет, — со злостью ответил мужчина, — в руки не даются, но я подкараулю и…

— Никаких «и», — невежливо перебил я.

Лица у селян были задумчивые, но после того, как я их исцелил одним прикосновением, недоверия ко мне, слава богу, не было.