Ветер

Нужно думать не о любовных утехах Дениса, а о его проблемах. Легко сказать: «Жди, он сам все расскажет». А если нет? Что тогда? Бросить друга погибать? Ну уж нет! Дружба она на то и дружба, чтобы выдерживать все на свете.

«Я узнаю, что у него за тайны и с кем он связался», — мысленно пообещал себе Александр Бардаков по прозвищу Ухо и пошел своей дорогой.

***

В Нежено мы приехали, как я и предполагал, через два часа, успев и наговориться вдоволь, и помолчать, и снова наговориться.

Что-то этот населенный пункт был больше похож на деревню, чем на село.

— Добро пожаловать! — провозгласил Михалыч.

— Спасибо, — откликнулся я, выбираясь из машины, и с ходу влетел в грязь. Дед не соврал, дождь был нешуточный.

Прямо посреди дороги валялась свинья и наглым образом дрыхла.

— Чего это она? — спросил я.

— Домой в свой сарай не идет, вот и лежит на проезжей части, — пояснил мой проводник.

— Убрать ее? — спросил я.

— В грязь полезешь? — изумился Федор Михайлович, оглядывая мою чистую одежду.

— Нет, ну что вы.

— Тогда убери, — пожал он плечами, — можно будет прямо к моему дому подкатить.

Я кивнул и подошел к спящей свинье.

— Проснись, зима приснится, замерзнешь! — гаркнул я у нее над ухом.

Свинья открыла свои поросячьи глазки.

— Чего надо? — сонно осведомилась она.

— В общем-то, ничего. Домой иди, отсыпайся.

— Да щас! — свинья встала. — Что я дура, что ли?

— Если домой не пойдешь, то да.

— Да ты ваще кто такой?! — завизжала она.

Ага, еще перед свиньями я не отчитывался.

— Сначала ты объясни, почему домой не идешь и людям проехать мешаешь? Небось, и хозяев кусала? — не упустил я инициативу.

— Кусала, — призналась хрюшка.

— А зачем?

— Так нам маг заезжий, такой же, как ты, нас понимающий, рассказал, что люди нас убить всех хотят, жестоко и всех сразу, даже кошек и цыплят! — она выпучила глаза, чем-то напомнив мне Пургена. — А спастись можно было только взбунтовавшись.

— А если я скажу, что маг вам наврал с три короба? Никто вам разом убивать не собирался, — мне было немного стыдно говорить хрюшке, что ее не зарежут. Но ведь всех одновременно убивать действительно никто не думал. — Вот что, милая моя, уйди пока с дороги. Я сейчас с селянами поговорю, и вы все сможете без опаски вернуться в свои сараи. Я сумею убедить ваших хозяев, что вы ни в чем не виноваты, и вас даже не накажут.