Ветер

— Почему он не отгоняет от себя тебя, но от меня уносится, как от огнедышащего дракона?

— Может, тебе он Денис не может врать? — предположила Лена, уж слишком искренним было отчаяние собеседника.

Он кивнул.

— Я уже тоже об этом думал. Но почему бы тогда не сказать правду? Ты бы видела, когда он на меня орал, что у него теперь есть новые друзья, а старые, то есть я, не нужны, какая тогда боль была в его глазах. Я же знаю его лучше, чем себя самого. Ему плохо. Ветер во что-то ввязался, точно знаю, кто-то командует им, а он подчиняется, как овечка.

— Мне кажется, — сказала она, — дело не в тех, кто им командует, а в деле, в которое он ввязался. По-моему, ему не столько не позволяют что-либо рассказывать, сколько он сам боится это делать.

— Боится, что мы не поймем?

— Думаю, нет. Боится за нас.

— И что же ты предлагаешь? — скептически поинтересовался Сашка.

— Не лезть, — высказала Писарева свое мнение.

— Как — не лезть? — обалдел Бардаков.

— А так. По-моему, Денис еще сам не совсем во всем разобрался.

— Но ему нужна помощь.

— Согласна. Только моральная, эмоциональная поддержка, например. И доверие, конечно. Уверена, если бы ты не требовал от Дениса полной правды, он бы от тебя не шарахался, а наоборот тянулся.

— Много ты знаешь… — сквозь зубы процедил Сашка.

— Тогда зачем пришел ко мне?

— Прости, — он признал справедливость ее слов. — Я не хотел тебя обидеть.

— Ничего, — отмахнулась она.

— Так ты предлагаешь не вмешиваться? — на всякий случай уточнил Сашка.

Писарева кивнула.

— Да. Ты же не хочешь потерять его навсегда? Он сам позже все тебе расскажет, я уверена.

Бардаков криво улыбнулся на ее последние слова.

— Ладно, спасибо тебе.

— Не за что.

— И прости, что называл тебя Писой, — он протянул руку в знак примирения, и Лена ее с радостью пожала.

— Забыто, — заверила она. — Меня все так звали.

Она не просто так использовала прошедшее время. Значит, «звали». Больше не будут, то есть. Ясно. Писарева работала над своим имиджем. А ведь и верно, глаза познакомились с тушью, а волосы — с укладкой.

Они попрощались.

Ленка ушла, а Бардаков все еще стоял, смотря ей вслед. А что, из них с Денисом получилась бы потрясная пара. Писарева, оказывается, только кажется тихонькой, а зубки-то имеет. И от Ветра еще со школы без ума, но, как другие, на спину не падает и лапками от восторга не дергает. Такая, если надо, его осадит…

Сашка оторвался от своих размышлений.