РЖАВЫЕ ЗАКЛИНАНИЯ

Он коснулся предмета, исполненного опасной магии. Совсем не предназначенной для обычных людей, не защищенных охранительным заклятием.

— Почему же вы тогда не открыли отцу этого заклятья? — задохнулся от ярости Вран.

— А кто тогда это мог знать? — с горечью спросил чаровник. — Следопыт с Буяна — вовсе не охотник на зайцев и не удачливый грибник. Его поручения очень часто выходят за рамки понятий, привычных людям, не посвященным в тайны Лицея.

Твой отец должен был только разыскать то, что ему было поручено. И указать нам место, где лежал тот предмет.

Ни в коем случае не беря его в руки, даже не касаясь его. Об этом были даны строжайшие инструкции. В том числе и о том, что искомый предмет вызывает у всякого невероятный соблазн не только завладеть им, но даже хотя бы только потрогать.

— Что это было? — впервые заговорил доселе угрюмо молчавший Маленький Мальчик.

— Вещь из Призрачного мира, — нехотя ответил чаровник. — Волчий амулет. Возможно, в нем заключена частица тайной магии волков‑оборотней.

Скорее всего, это так.

При этих словах Берендея барон Густав фон Лютич широко зевнул. Волки и собаки всегда так делают, когда какой‑либо разговор им неприятен.

— Разумеется, магия, дающая над ними власть? Над волками‑оборотнями и прочими обитателями Призрачного мира? — покачал головой преподаватель Шутилова посада.

— В определенной степени, — поморщился Берендей.

«Так вот почему волки‑оборотни все‑таки подчинялись Врану!» — осенило Дениса. — «Его отец, несмотря на запреты, когда‑то коснулся их амулета.

И к нему каким‑то образом перешла часть его магии.

Потом она перешла в его мать. А от нее — к самому Врану. Или Доминику, как его тогда звали. Вот только зачем он все‑таки сменил себе имя?

Не кроется ли в этом маленький, неприметный путь к разгадке души этого человека, который безнадежно запутался на дорогах к самому себе?»

— Волшебники Буяна никогда не были повинны в смерти твоего отца, Доминик, — твердо сказал чаровник. — Он сам поддался соблазну и нарушил правило.

А магия не прощает ошибок. Никому и никогда.

Вран медленно поднял голову и посмотрел на чаровника с затаенной злобой, которая только теперь, многие годы спустя, нашла выход и выплеснулась черным огнем зрачков.

Взгляды двух волшебников встретились. Кажется, даже воздух зазвенел вокруг — так велико было напряжение сил каждого.

Но тут вдруг заговорил Маленький Мальчик.

— Я всегда преклонялся перед Домиником, перед его умением все поставить на свои места.