Ренегаты

Он контролировал себя, лишь думая о Верити. При этом парень необычайно ясно сознавал одну простую истину: он и камня на камне не оставит от этого кошмарного места, пусть и сам на тот свет отправится.

Точно во сне, молодой ковенант, с трудом переставляя ноги, сомнамбулой передвигался между пыточными. Джек мысленно оплакивал каждого несчастного, что в безумной агонии корчился под инструментами бессердечных сластолюбивых палачей, и страстно проклинал себя за преступное бездействие. Вглядываясь в обезображенные обреченной безысходностью, страхом и болью лица истязаемых, Ашер ни в ком не узнавал Верити.

В некоторых помещениях сейчас не было клиентов, но почти во всех находились пленники. Скованные цепями, изможденные, они, пряча лица в ладонях и коленях, вжимались в темные углы или тупо смотрели перед собой. Покоряясь судьбе, ожидали прибытия своих мучителей.

Невыносимо. Неправильно. Неестественно.

Мистик обнаружил Верити. К своему величайшему облегчению.

Парень сначала даже не понял, что перед ним подруга. А, когда смирился с этой мыслью, что-то в его сердце и мыслях навсегда сломалось.

Ковенант, несмотря на их последнюю встречу, запомнил Верити живой и энергичной женщиной, что не пасовала перед неудачами и с оптимизмом смотрела в будущее, поддержала его в трудное время, пусть и сама имела множество проблем.

Сейчас Джек видел пустую оболочку, изломанную, истерзанную куклу с застывшим взглядом налитых кровью заплывших глаз.

Верити была обнажена. Хрипло, неровно дыша, женщина на животе лежала подле своего ложа – широкого, холодно поблескивающего секционного стола. Тонкую лодыжку Верити опоясывала тяжелая ржавая цепь. Из многочисленных язв под ней сочился липкий, дурно пахнущий гной.

Сняв маскировку, Ашер упал перед подругой на колени. В глазах его блестели слезы, а сердце сдавило, точно тисками, желудок скрутило тугим узлом.

Сию же секунду парень готов был пожертвовать собственной жизнью, лишь бы облегчить страдания Верити. Как он жалел сейчас, что не обладал поразительными способностями трансформации плоти, как Артур Арден!

Появление человека перед ней заставило женщину захрипеть сильнее. Обломками ногтей еще не сломанных пальцев она царапнула выскобленный пол и задрожала, но не сдвинулась ни на миллиметр.