Молчание насекомых

— Приличное? Как же, шик девяностых со стразами. Где ты такое откопала! И как я тебя друзьям покажу в этом? — недовольно насмехался Денис.

Аглая вздрагивала и сгорала от смущения. С тех пор она боялась ходить в магазины одежды, ощущая, словно рядом стоит недовольный Денис, даже если искала новые вещи одна. Она и не знала, как одеваются приличные девушки, спутницы успешных молодых людей. В детстве она всегда донашивала за старшими, а в университете никто не осуждал за дешевые симпатичные платьица из разноцветного полиэстера.

«Он хороший, это я дурочка», — успокаивала она себя. В такие минуты она вспоминала соседа-алкоголика Вадима из родного города, помнила, как мучилась его жена, стремясь избавить мужа от зависимости, поэтому радовалась, что Денис не был таким, он ведь даже не курил. Немного взрывной характер казался чем-то обыденным.

Отец тоже порой покрикивал на маму, когда сильно уставал на работе, а на столе вовремя не оказывалось долгожданного ужина. Аглая старалась, чтобы Денис никогда не возвращался с работы к пустому столу.

— И чем тебе плох Денис? Он же юрист в уважаемой фирме! — всегда увещевала мама, когда Аглая смела жаловаться по телефону после очередной глупой ссоры. Родители однозначно считали, что их не очень умной и крайне обыкновенной дочери сильно повезло. Конечно, повезло.

Аглая тоже ощущала себя настоящей Золушкой: ей нравилось жить в просторной квартире с панорамными окнами, развешивать красивые занавески, пользоваться дорогой бытовой техникой.

— Ты с ума сошла? Куда ты ставишь эту вазу? Этот интерьер разрабатывал дизайнер! Хочешь навешать дешевых рамочек или накидать убогих ковриков?

— Н-нет… — бормотала Аглая, уже ничего не предлагая. Ей требовалось только поддерживать в чистоте этот дизайнерский интерьер в песочно-фисташковых тонах.

Так она и жила, целый год жила, точно в коконе, считая себя очень счастливой и лишь смутно догадываясь, как ей тяжело и тревожно.

— Знаешь, а я нашел другую девушку.

— В смысле нашел… Я не понимаю… Другую?

— Просто нашел. Полюбил. А тебя разлюбил. Все-таки ты безвкусная простушка, и никто тебя не переделает.

— Кто… кто она? — охнула Аглая, тяжело опускаясь на стул.