It was so / Это было так

Они часто ссорились, и каждый раз он давал себе слово, что больше никогда не увидится с ней. Но проходили дни, обида притуплялась, и он прощал ее. До следующего раза. Она была гордой и независимой; он был упрямым. Она не хотела признать, что он значит для нее нечто большее, чем просто друг; он не хотел признать, что все его усилия напрасны. Казалось, не будет конца этой бессмысленной, бесполезной войне. Но однажды он пропал на долгое время, перестал видеться с ней. Сначала, она даже немного обрадовалась тому, что он перестал ей докучать, но потом, когда до нее дошли слухи, что с ним что-то не в порядке, она забеспокоилась о нем и внезапно поняла, что если его вдруг не станет, то ее жизнь будет пустой и бесполезной.

Джеки молчала, задумчиво глядя в окно. Я дотронулся до ее волос, мягких и шелковистых.

– У тебя красивые волосы.

Она наклонила голову и повела плечом.

– Щекотно.

Я улыбнулся.

– Ты очень красивая, Джеки. Твоему мужу все будут завидовать. Ты ведь пригласишь меня на свою свадьбу?

Она покачала головой.

– Нет, Рокки, я нескоро выйду замуж. А может, вообще не выйду.

– Почему? Может, ты просто еще не встретила никого, достойного тебя.

– Да нет, дело совсем не в этом. Просто я не могу, мне нельзя. Из-за «Пяты». – Джеки потерла руками глаза.

– Понятно. Обет безбрачия. Может быть, ты и права. Но представь, что однажды ночью тебе будет холодно и одиноко, тебе захочется, чтобы кто-то был рядом, чтобы кто-то обнял тебя и...

– Молчи, молчи! – она прижала ладонь к моим губам.

Я замер, не договорив, ощущая на своих губах чуть соленые капли ее слез, и меня вдруг пронзил острый щемящий приступ нежности к ней. Я осторожно взял ее руку в свои и поцеловал тонкие пальцы. Она вздрогнула и потянула руку назад.

– Не убегай. – попросил я.

Джеки опять покачала головой.

Я коснулся ее щеки и взглянул ей в глаза. Она смотрела на меня слегка испуганно, но не отводила взгляд. И внезапно оказалось, что наши губы уже близко-близко друг к другу. Так близко, что их разделяло только наше дыхание.

Она сказала, тихо-тихо:

– Я боялась, что ты больше не придешь.

– Я ведь обещал тебе. – так же тихо ответил я.

– Ты меня поцелуешь?

За окном была ночь, город спал и сейчас не было в мире никого, кроме нас двоих. Я целовал ее так, что кружилась голова. Я держал ее в объятиях и не хотел отпускать даже на мгновение, и у меня замирало сердце, когда я смотрел на нее – так она была прекрасна.

Джеки опустилась на подушки.