It was so / Это было так

Просто там все время в напряжении.

В комнате было темно и свет, сочащийся из окна, лишь немного рассеивал мрак. Все выглядело смутно, нечетко, странно и загадочно.

– Ты играла? – Я кивнул на саксофон.

– Да. Мне было грустно.

– Сыграй что-нибудь, пожалуйста.

Джеки взяла саксофон и задумалась. Первый звук был похож на тихий вздох. И время остановилось.

Я когда–то читал рассказ о том, как скрипач постоянно видел по ночам один и тот же сон. Сон, в котором он играл самую прекрасную мелодию на свете, которая заставляла людей плакать и смеяться одновременно, открывала миру настоящую, истинную красоту.

Это была такая же мелодия. Казалось, я растворился, исчез, стал всем миром и весь мир стал мной. Я чувствовал боль и радость тысяч людей; слышал, что шепчут звезды; был прибоем, который бьется о скалы и горными вершинами, застывшими в ледяном безмолвии вечных снегов. Звонкой разноголосицей журчали ручьи, ветер звучал музыкой, и земля открывала свои тайны. Это чувство росло, становилось ярче и завершилось ослепительной вспышкой внезапно открывшейся истины.

Джеки сидела, закрыв лицо руками, и плечи ее тихонько вздрагивали.

– Джеки, ты чего? – встревожился я.

– Это мама играла, – еле слышно сказала она, – это ее песня.

Я потянулся к ней.

– Нет, нет, Рокки, все в порядке. – она отодвинула саксофон в сторону и села, обхватив колени руками. – Все в порядке.

Но глаза ее были полны слез.

– Джеки... – я провел рукой по ее щеке, стирая слезинки.

– Не надо. – Она покачала головой – Расскажи лучше сказку.

– Сказку?

– Да, какую-нибудь сказку, чтобы был счастливый конец.

Я улыбнулся.

– Ну ладно, слушай. Это было так. Жила когда-то на свете девчонка лет восемнадцати и была она такая красивая, что ни в сказке сказать, ни пером описать. А уж какая гордая и независимая, аж в дрожь бросало. Все сама и никто ей был не нужен. Вокруг нее парни так и увивались, да все без толку. Как же, не дай бог с кем-то поговорить чуть поласковей, нет! Ведь сразу же подумают, что влюбилась, что оказывается она тоже как все, и вовсе не такая сильная, как кажется.

Так бы все и продолжалось, да вот, откуда ни возьмись, оказался на ее пути один парнишка. Хоть он был не особо красив и не говорил сладких речей, но все же... Вопреки своим привычкам, она стала видеться с ним чаще, чем с другими. И, в скором времени, парнишка влюбился в нее. Она могла бы быть девушкой его мечты, если бы не эта ее гордость. Было много счастливых минут в его жизни и было много тяжелых дней.