Игрушка для кардинала

История Стоуна пестрила для нее белым, но сейчас в ней наметились две ярких точки — это отец Калеба и Дом Ванрайта. Его отца осудили, а о нем решили милостиво позаботиться? Наверняка он был таким же, как этот мальчишка, что отчаянно сражался за свою свободу, хоть и понимал, что уже проиграл. Но как в таком случае Стоун стал кардиналом?

«Это тоже жизнь», — это его слова, когда он стоял по другую сторону решетки и предлагал ей сказать совету кардиналов «да». Сейчас они отчетливо повисли в воздухе, и стоя здесь напротив одного из зданий Коллегии и восьмого кардинала, Нейрис казалось, что теперь они звучат совершенно по-другому.

Мальчишку вывели в наручниках. Конвоирами выступали здоровяк с медовым цветом глаз, на прощанье усаживая паренька, он даже подмигнул Нейрис, и его коллега с приметными бровями, что придавали тонкому лицу суровый вид. Парень сопротивлялся. Такой точно попытается сбежать.

Магичка неохотно уселась вперед, хлопнув дверью, чутье подсказывало, что ее место тоже сзади.

2

Парень не метался, не брыкался и не пытался снять наручники, он лишь молчаливо буравил тяжелым взглядом решетку, словно мог протереть в ней дыру или заставить поржаветь толстые прутья. Нейрис периодически оборачивалась через плечо, язык зудел начать разговор, но она не могла подобрать нужных слов.

«Не грусти, парень, все наладится, в худшем случае они просто лишат тебя силы, в лучшем станешь как я».

Он плюнет, злобно сверкнет глазищами и скажет, что она предательница и слушать такую нет смысла.

«Я просто хотела жить и боялась умереть».

Магичка уставилась в лобовое стекло на дорогу, что нескончаемой лентой темного асфальта убегала вдаль, пропадала на горизонте и снова выпрыгивала из-за ближайшего холма. Многоэтажки начали оседать, количество этажей сокращалось, словно сам создатель отматывал пленку прогресса назад.

Молчание в машине тяготило, время уходило сквозь пальцы, она могла бы сказать хоть что-то, но продолжала молчать, кусая губы.

Стоун прибавил радио и гитарные рифы выплеснулись в салон из навороченной магнитолы. Нейрис сложила руки на груди, пальцы бессмысленно двигались, и совсем не оттого, что ей хотелось изобразить соло на гитаре.