Дом на колёсах

Давали мелочью, но набежало двести с лишним баксов.

Вот тебе и цирк!.. Чуть больше часа выступали вчетвером, и столько дохода!

* * *

Дальше пошло легче. Мама Сандра в трейлере принимала жаждущих заглянуть в будущее. Тем временем Ник зазывал любопытных под широкий тент, коробом накрывший кузов «шевроле»:

– Страхолюдная гиена, бич африканской прерии, сторожевой пёс фараонов. Ни самец, ни самка – недоразумение в шерсти. Навроде дикобраза, но всемеро больше. В один скок покрывает пять-шесть ярдов, зараз перекусывает трёхдюймовую жердину, зубами достаёт из Нила крокодила.

Можно потрогать. На ней каждая шерстинка в целости, с большим мастерством набита.

Вдоль неоткидных бортов и задника кузова Ник положил настилы из досок и брусьев, вроде грузовых поддонов, шириной два фута и полфута высотой, чтобы посетителям было удобней осматривать и даже трогать «гиену».

В анабиозе Чупа лежала мёртво и окоченело – никто не усомнился, что она чучело. Да и швы на шкуре помогали. Сквозь полусон она слабо ощущала прикосновения и слышала голоса зуни.

Краснокожие беседовали над её хладным телом рассудительно и здраво:

– Знатная у шамана ручная нежить. Незаменимая в хозяйстве вещь. Пока она вкруг Эрмиты скачет, к ранчо не подступишься. Так-то тьфу на его тощее угодье, но если не мы, тогда апачи себе ранчо подгребут, придвинутся ближе.

– На нашу чупакабру смахивает. У Рамона-стрелка на стене череп почти точь-в-точь такой висит… и шкура для красоты растянута, тоже грубая как щётка.

– С образца делано.

Другой, злотворец, сшил бы адова нетопыря и на людей с ним охотился, а этот козоедкой ограничился и нам напоказ её привёз разряженную, загодя слив душу в пузырёк. И правильно. Так по таможне полагается – патроны и оружие перевозить врозь…

– Я гиену видела в книжке с картинками. Она пятнистая, и морда у неё короче. Это что-то другое. Не апачей ли работа?..

– Случись им смастерить, или у них кто обернётся – белому нипочём не продадут. Если от них – значит, отнял, потому что сильнее.

– Твоя правда, соседушка.

– Заходите, смотрите, – приглашал Ник снаружи. – С человека десять центов, двое – за пятнадцать!

– А когда мастер Тимотиас будет одухотворять гиену?

– Это таинство – по особому заказу. Допускаем только дюжину людей, чтобы под тентом не тесниться и в случае паники друг дружку не помять. Полдоллара с человека. Неописуемое зрелище!

– Она не вскочит? не накинется?

– Сроду не бывало. Открывает глаза, пасть разевает и машет хвостом.