Ученик чародея

Стоит завернуть к нам новому человеку, через полчаса все уже знают. А уж если авария, тем более. За мной специально прибежали:

– Йокке, айда, тебя зовут! Конь ногу сломал, поди глянь!

– А я зачем? Для таких дел ветеринар есть.

– Так он в Зефельд умотал, когда ещё его доищутся. Впору телеграфировать. А ты здесь, вот и иди.

Из пары, которой была запряжена бричка, правый конь чудом остался на ногах, а левый лежал и встать не мог. Кучер суетился над ним, весь в отчаянии. Как же! Вёз знатного иностранца, богатея, и вдруг такая скверная оказия!.

Иностранец средних лет нервно и зло прохаживался взад-вперёд. Породистый, крепкий в кости, с горделивой осанкой, одет и причёсан как в витрине. Но чужака сразу видно. Дай ты ему трость, цилиндр, монокль и орден от кайзера – всё равно он бритыми щеками будет походить на баклажан, а в чёрных глазах будут мерцать щербет, гарем, кальян и полумесяц. И акцент выдавал его, хоть языком он владел отлично;

– Осторожней выгружайте кофр!.. Там хрупкие пробирки, колбы! химикаты!.

Пошли за ружьём, а детишек от места прогнали.

Соловый жеребчик поднимал голову, всхрапывал и тонко ржал, испуганно косил тёмным глазом, будто спрашивал: «Люди, за что?»

– Перелом, – тихонько сказал я Наплечному. – Не жить коню.

– Это паралич, нервный перебой, от норгля наваждение, – возразил Акси. – Он домашний скот не любит, хочет погубить. Задержи дыхание и посмотри – он слева у камней, радостно скалится.

После входни я искоса – прямиком на демонов смотреть нельзя, если не в бой с ними бросаешься, – поглядел влево. Точно, норгль. Гнусный такой карла, как ожившая коряга. Если напустит болезнь, не уймётся, пока своего не добьётся. Трудно его наваждение перебороть, он мешать будет. Да и ружьё уже несут. Все поверили, что конь обречён.

Я коновал, человек не жалостливый. Но порой у меня что-то внутри поворачивается, и тогда я начинаю действовать не так, как принято.

Вот и вы, деточки, оставьте внутри место, чтобы там поворачивалось.

Тогда я засучил рукава и спросил возницу:

– Подниму животину – отдашь мне за пятнадцать гульденов? Если нет – получишь десять за шкуру и кости.

– По рукам!

Тогда я бросил Акси:

– Прикрой от норгля. Я возьмусь.

Уж как карла бесился, как свои крючковатые корни протягивал! Да только с бергмуркелем ему тягаться сложно.