Из глубин

– Очень даже милые крошки, – пробасил Здоровяк Джон и придвинулся ближе. – На свою морду посмотри, Мок. Милашки наградили тебя таким шрамом, что тебя теперь ни в одной таверне на постой даже не примут.

Джезайя хмыкнул и посмотрел на улов. Да, этим походом он был доволен. Хвосты были длинные, все в крупной чешуе. Пластинки длиной с целый палец. Одни серебристые, другие золотые, третьи зеленые, точно водоросли на дне. Поди удобно прятаться среди них. Если тебя, конечно, не ловят сетью по дну. На него смотрела несколько пар широко распахнутых глаз.

Испуганных и озлобленных. А личики и в правду хорошенькие, Здоровяк Джон был прав. Даже жаль, что придется портить такую красу. Хотя какая ему разница – платят-то очень неплохо.

Джезайя сплюнул на старые доски.

– Срамота-то какая, – гундел Мок. – Хоть бы прикрылись. Не смотри на них, парень.

– Пусть смотрит, сколько захочет, – капитан пожал плечами. – Ничего людского в них нет. Торопитесь, сведем их к Зансону. Этот скользкий датчанин знает, что делать с русалочьей поганью.

Скоро заработаем парни, никто обиженным не останется.

Туман был таким густым, что на улицах уже не было ни души. Ни один пьянчуга не выйдет наружу, так и назад дорогу можно не сразу найти. А они шли. Шли по узким улочкам города, таща за собой на канате сцепленные клетки. Груз молчал. Джезайя подозревал, что русалки говорить не умеют. Обычные бессловесные твари. Вроде осьминогов, но с человечьим лицом. Если можно ловить различных гадов из глубин и употреблять из в пользу, то почему нельзя то же самое делать с русалкой? Все можно.

Главное только, чтобы про них не прознали.

Два коротких удара в дверь и один долгий. Так они условились еще перед отплытием. Дверь открыл сухонький и сгорбленный человечек лет сорока. Он был подслеповат, огромные очки грозились слететь с его носа.

– К-капитан Монро? – заикаясь проговорил он, потирая в предвкушении руки. – Какая встреча, я так…

– Да, да, – перебил Джезайя и тут же прошел в открытые двери.

– Затаскивайте товар. Любуйся, проныра, в этот раз добыли для тебя нечто особенное.

Зансон зажег коптящие фонари на китовом жире и поставил их на столе. В комнате в миг стало ярко, из клеток донеслось шипение.

– Эти красотки не привыкли к свету, – Джезайя ударил ногой по прутьям одной из клеток. – Привыкли ютиться на глубине.

Датчанин поправил очки.

– Смотрю, ты раздобыл одного самца, хе-хе. Недурно, очень недурно. Ты только посмотри, какая у него борода.