Нелюбим

Он был печален и, как мне показалось, звал на помощь. Ничего больше я узнать не успел, потому что в следующий миг шар взорвался – и все исчезло.

– Ого, – пробормотала Лалелла, – неужели дело зашло так далеко...

– Что? – не расслышал Тант. – Что ты говоришь?

Лалелла обняла его, притянула к себе и протянула, растягивая слова, как говорят ребенку:

– Милый мой, тебе все это лишь приснилось.

Тант осторожно отстранил ее.

– Я готов поклясться, что все было на самом деле, – он протянул руку. – Смотри, этот след оставил на стене тат самый шар.

– Какой еще след? – удивилась Лалелла.

– След пламени, след взрыва. След небесного фейерверка, – пояснил Тант и, повернувшись, указал рукой: – Вот...

Он осекся на полуслове, потому что след отсутствовал.

Он исчез.

Тант подошел к стене и, как некоторое время тому назад, потрогал ее рукой. Стена как стена, однородная вполне, прохладная и шершавая. Там, получасом раньше ему виделась гарь и копоть, ровным слоем лежали краски, не поврежденные нигде, с близкого расстояния это было ясно видно.

Он резко повернулся спиной к стене и, напрочь выбрасывая из головы и шар, и его след, и видение, и все, что с ними связано, махнул рукой:

– Ладно, проехали! Стираем!

– Миленький, – подойдя, прильнула к нему Лалелла, – ты просто слишком переутомился. У тебя есть три дня, постарайся отдохнуть за это время как следует. Обещаешь мне это? Хорошо?

– Постой, постой, а откуда тебе известно о моем визите к врачу? – перебил он ее во внезапном наплыве подозрительности.

– Разведка донесла, – усмехнулась Лалелла. Она явно не собиралась раскрывать свои связи. – А газеты эти ты спрячь подальше. Или, если ты не против, конечно, я лучше заберу их с собой.

– Ну, – усмехнулся Тант, – не считаешь же ты, что я свихнулся? Устал немного, есть такое…

– Нет, что ты! – запротестовала она. – Просто было бы хорошо, чтобы твое внимание не касалось этих вещей. У тебя воображение творческого человека, а оно запускается от малейшего пустяка.

– Забирай, если хочешь. Теперь это все равно не важно.

– Почему теперь? Почему не важно?

– Так, я помню статьи наизусть. Вспомню все, если понадобится.

– Вот и нужно, чтобы не понадобилось.

Она свернула газеты, каждую в отдельности, как складывают полотно.

– Прекрасно, так будет надежней. Ну, мне пора.

– Разве ты не останешься?

– Извини, миленький, сегодня не могу.

Тант не стал ее удерживать.