Нелюбим

Но наваждение тут же быстро развеялось. Попугай смешно скосил большой круглый глаз на гостя, наклонил доверчиво голову и сказал шелестящим, точно запись на старой пластинке, голосом:

– Здравствуйте, детки!

– А, Бэнкс, – оживился Булль. И, оправдывая пернатого, пояснил: – Ужасно любит гостей и притом чрезвычайно любопытен.

Он легонько щелкнул попугая по клюву, тот схватил старика за палец и принялся его трепать, при этом периодически замирая и добродушно поглядывая на Булля.

– Это Бэнкс, – представил птицу архивариус.

– Забавная птичка, – улыбнулся Тант.

– Сам дурак! – обиделся Бэнкс.

Тант опешил.

– Ах, Бэнкс, неисправимый ты грубиян, – пожурил птицу Вулль и пустился в объяснения: – У этого экземпляра немного гипертрофировано чувство собственного достоинства. Когда ему кажется, что оказанное почтение недостаточно, начинает ругаться нещадно. И площадно. Такие дела. Приходится принимать во внимание. Иди-ка к себе, дорогуша, нам с гостем поговорить надо.

Попугай обиженно фыркнул и отвернулся, уходить он явно не собирался. Булль подтолкнул его, пернатый соскочил на пол, встрепенулся там, гордо задрал голову и, широко расставляя лапы, прошествовал вглубь комнаты, где и растворился в нагромождении полутеней.

– Ну и характерец, – усмехнулся Тант. – Прямо принц крови.

– Да ты не обращай внимания на лексику, – возразила хозяин. – Он добрый и покладистый, одна беда только – гордый очень, потому нуждается в особом подходе.

– Да, я готов. В смысле, готов идти туда... Мне было сказано, что вы знаете.

– И ты все обдумал?

– Так точно, – ответил Тант по-военному. – Иначе я не могу.

– Что ж, вижу, что решение твое серьезное, поэтому не буду удерживать. Наоборот. Должен сказать, что я ждал этого от тебя. Ждал и верил. Мы все, кто в теме, верим в тебя. Беда только, что помочь – там – ничем не сможем. Но хорошо ли ты приготовился, все ли взял необходимое? Хотя, откуда тебе знать, что там может понадобиться…

Тант осмотрел свое костюм, ощупал карманы и, пробуя крепость подошв, притопнул по очереди одной и другой ногой.

– Так всем ведь все равно не запастись, а что там ожидает, что понадобится – кто ж его знает? Нет, если суждено дойти до конца – я сделаю это и так, в любом виде.

– Очень хорошо, – удовлетворился Булль. – Очень хорошо. Раз так, задерживать не стану.