Проводник душ

– И что?

– Ничего. Просто жители деревушки – там, в предгорьях, – сдадут вас в полицию. Оттуда вы попадёте в дом умалишённых. Или в тюрьму военной разведки, где вас будут долго и нудно выспрашивать о том, что вы напрочь забыли. Вашу дальнейшую судьбу мне лень предсказывать. Ближе к уровню моря всегда можно заработать на кусок хлеба. Грузчиком в порту, например. Дробить камень. Воровать. Просить милостыню. Ваш навык пилотировать истребитель там никому не нужен. На родину вы не вернётесь, потому что не знаете, где она.

Всё это мужчина проговаривал скучным голосом, словно в сотый раз, и сами слова ему давно надоели. Заметив, что севший на стул Гайдзин как-то поник и сгорбился, он добавил чуть более сочувственно:

– По крайней мере, я сумел пройти Привал и достичь города.

– Тоже пытались бежать? – Гайдзин вскинул голову, ощутив к мужчине некоторую симпатию.

– Имел глупость.

– А кем вы были… до города?

– Солдатом в Иностранном легионе.

– Что я должен делать?

– Сложный вопрос… – Мужчина вернулся к бумагам, зашелестел ими. – Шестнадцати лет вы поступили в школу подготовки лётчиков-резервистов. К двадцати четырём совершили боевых вылетов… сбили самолётов противника…

Затаив дыхание, Гайдзин с жадным любопытством слушал о самом себе то, что исчезло из памяти.

– …награждёны боевым мечом «За воинскую доблесть». Хм. А прочему таки гайдзин?

Он смутился, как застигнутый врасплох.

– Эээ… кажется, мой отец… он был из-за моря. Больше не помню.

– Впрочем, это не существенно. – Зарыв папку скоросшивателя, мужчина в задумчивости побарабанил по ней пальцами. – Ума не приложу, куда вас определить.

– У вас есть авиация? – спросил Гайдзин со слабой надеждой.

– Зачем она здесь?.. – досадливо отмахнулся бывший легионер. – Я о другом. Вы стали отличным пилотом, но больше ничего не умеете. Даже стряпать. Дома вас кормила мама, в армии – повара. Разве что поручить вам уборку… но уборщиков у нас много. Или отдать в ученики горному мастеру?

– В смысле – рыть тоннели? – Гайдзин в душе ужаснулся. Подземелья всегда пугали его.

– Да. Город растёт внутрь горы.

– Если можно отказаться, я бы отказался.