Последний круг Ада

Выйдя на улицу, ангел увидел свой велосипед стоящим возле крыльца. Только вот выглядел он теперь иначе, поскольку вместо багажника за седлом теперь красовалось что-то вроде укреплённого арматурой автомобильного кресла, установленного на крепкие подножки и снабжённого ремнём безопасности.

- Заткнисссь, ангел, только попробуй что-нибудь сссказать… - угрожающе прошипел Кроули, поймав его изумлённый взгляд.

И Азирафаэль, заглянув другу в глаза, отчётливо понял: или он подчиняется желанию Кроули поработать личным водителем… Или он не едет вообще никуда.

Ни сегодня, ни в будущем.

…Можно даже не уточнять, что припарковав свой чудовищный транспорт на велосипедной стоянке, Кроули никуда не ушёл, а направился вместе с ним к служебному входу с такой уверенностью, словно имел полное право здесь находиться. И Азирафаэль уже даже не удивился, услышав, как директор представляет им нового переплётчика, Энтони Дж Кроули.

…А приваренное к велосипеду кресло, на удивление, оказалось очень удобным. Хотя Азирафаэль старался даже не представлять, как комично выглядят они со стороны.

***

Рабочий день Кроули заканчивался на два часа раньше, и оставшееся время он либо коротал в читальном зале, болтая с Азирафаэлем и другими библиотекарями и попутно подшучивая над читателями, после чего они оба ехали домой, либо уходил куда-то по своим делам. В этом случае Азирафаэль после работы ждал его в небольшом кафе напротив библиотеки. Обычно – в компании какого-нибудь пирожного или роллов, которые в этом заведении готовили просто божественно.

(Роллы он то и дело порывался взять на вынос, но Кроули кривил нос с таким видом, что после третьего раза Азирафаэль счёл за лучшее наслаждаться достижениями японской кухни в одиночестве.)

Именно здесь, за стоящим возле самого окна столиком, и произошёл инцидент, оставивший после себя очень неприятный осадок и проложивший между ним и Кроули первую эфемерную трещину.

Джон Нортон в этот день отсутствовал на работе, сказавшись больным (и этим несколько обеспокоив их пожилого директора, маниакально боящегося заразиться коронавирусной инфекцией).

Тем сильнее удивился Азирафаэль, когда дверь кафе с грохотом открылась, впустив нового посетителя. И Азирафаэль, приглядевшись, с изумлением опознал в пьяном до состояния бревна, грязном и расхристанном человеке всегда опрятного и сдержанного коллегу.

На его оклик Нортон не отреагировал, почти упав на стул возле барной стойки и заплетающимся голосом потребовав «джина, и побольше!».