Комедия масок

Боги и маски, мне бы забиться в какой-нибудь угол и не высовывать оттуда нос, пока не научусь контролировать свои чертовы способности!

Я отстраненно заметила, что при свете закатного солнца Мар ди Силенцио выглядел тихим и спокойным, даже сказочным. Проступали очертания старого, довоенного города, похожего на мираж. Солнечный свет преображал все – изъеденную рытвинами брусчатку, дома, покрытые трещинами и плесенью, руины и зиявшие в «плохих» местах очаги гнилой магии. Она скапливалась в затопленных зданиях, каналах со стоячей водой и среди обломков некогда величественных соборов и дворцов.

В висках пульсировало. Из головы не шли слова Ивана, но я пыталась о них не думать.

Вдали замаячил силуэт футуристического здания. Океанариум. Значит, я почти у цели. Лучшее место, чтобы спрятаться и подумать.

Океанариум принадлежал циркачам. Многочисленные труппы разбивали лагеря на территории бывшей зоны Конгресса, под флагами давно исчезнувших стран.

Я вышла к широкому проспекту. Над морским берегом тянулась заброшенная канатная дорога; здание Океанариума едва заметно мерцало вдали. Еще один парадокс Мар ди Силенцио: циркачи исправно следили за обитателями аквариумов. Эти существа были для колдунов священными и олицетворяли торжество эволюции над законами природы – они не только не вымерли, но и стали сильнее, как и сами циркачи.

Океанариум был нейтральной территорией, и затеряться в его лабиринтах сейчас казалось мне наилучшим решением. Там я буду относительной безопасности. Там до меня никому не будет дела.

Снаружи Океанариум напоминал гигантский куб, собранный из четырех блоков меньшего размера. Фиолетовые неоновые лампы подсвечивали здание.

У входа, надвинув на глаза шляпу, сидела скучающая циркачка.

– Чего забыла, детка? – не поднимая глаз, произнесла она.

– За мной охотятся, мне нужно где-то переждать, – твердым голосом заявила я, – воспользоваться привилегией нейтральной зоны.

– Ишь какие слова выучила, – хмыкнула циркачка и наконец-то удостоила меня взглядом. У нее была светлая кожа и длинные, спутанные грязно-рыжие волосы. – Придется заплатить. Чем можешь – воспоминаниями, эмоциями, жизненной силой. Все сойдет.

– Да чем хочешь.

– Головушка-то не взорвется? – женщина цокнула языком. — А ну садись рядом. Я люблю эмоции.