Ласточкин хвост

Кто-то видит ежесекундно меняющийся калейдоскоп, напоминающий радугу, другие представляют частицы в виде пылинок, что хаотично пляшут в солнечном свете... У Гёделе было иначе. В самый первый раз, после часов упорного глядения в ничто, она различила мотыльков — совсем крошечных, с крылышками не больше кончика иглы. Голубые, синие, цвета чистейшей бирюзы, они порхали вокруг. Всё, что от неё требовалось, — это заставить их двигаться в едином направлении и ритме, и тогда они начинали прясть свои невидимые нити, перекраивая реальность.

Каждая форма была сродни команде, и каждую из них приходилось отрабатывать на протяжении долгого времени. А затем и всей жизни — до старости. Чтобы не забыть.

— Ты там уснула?

Моргнув, она отвела взгляд от заиндевевших стёкол.

— Нет, уже иду! — На губах промелькнула улыбка.

До тех пор, пока она здесь, страшные истории остаются лишь сказками. Ведь что может случиться с ней, пока Рейнарт рядом?

IV

Идти с закрытыми глазами было неудобно. Пару раз она спотыкалась, оскальзывалась и буквально повисала на Рейнарте, чтобы не упасть.

Только рукав его линялого плаща с кожаной заплаткой на локте дарил чувство безопасности.

Рассеянные мотыльки метались в стылом воздухе, и Гёделе стоило больших усилий уследить за ними. Спустя пару минут заныли виски и пересохло во рту, но девочка упорно шагала туда, куда слетались синие частички шрафта — как бабочки в ночи спешили к горящему ночнику.

Под ногами уже не шуршал гравий — хлюпала весенняя жижа. Видимо, они слишком низко спустились к реке, и Гёделе ощущала, как сырость добирается до пальцев ног.

Но отвлекаться было нельзя: ею овладел тот самый азарт, который предзнаменовал что-то новое, до сих пор не опробованное.

Рейнарт вдруг сбавил шаг, и Гёделе поняла — они уже близко. Над головой раздавался шум, со стороны улицы доносились гудки клаксонов и трамвайные звонки. Пешеходный мост, до которого они добрались, связывал Фог-штрат и набережную левого берега, названную в честь генерала ван Хольта, героя войны за независимость.

А значит, зашли они довольно далеко.

Перед глазами вдруг встал Петер, замерший у крыльца с портфелем: «Буду ждать в полседьмого!» Ресницы дрогнули, и рой синих мотыльков исчез.

Под мостом было темно. Гёделе остановилась, нахмурив брови от досады: потеряла ниточку за миг до успеха.

Перевела взгляд на Рейнарта, но тот пожал плечами и отступил на шаг. Залатанный локоть выскользнул из пальцев: в его поддержке больше не было надобности.

— Ищи.