Шестнадцатое ноября

Уже было, собравшись догнать девушку, я остановился, моим вниманием завладел человек, стоявший неподалёку от входа.

Офицер курил, повернувшись ко мне спиной. Этого капитана, служившего вроде бы в разведке, я знал, он тоже лечился в нашем госпитале. Владимир, кажется. Не то, чтобы мы были приятелями, так несколько раз кивали друг другу в коридоре или возле процедурного кабинета. Как-то зайдя в перевязочную, я увидел страшные шрамы на его груди и левой руке. Любочка рассказывала, что он возвращался с задания один, раненый и на него напали дикие звери.

Бывает же.

Сейчас мужчина стоял на улице без верхней одежды (этим он меня и привлёк) и расправив плечи довольно щурился глядя на солнце. Он тоже явно получал удовольствие от ноября, щипавшего щёки и уши мороза и чистого воздуха. Полушубок из овчины висел рядом, накинутый на остатки ограды вокруг здания.

- Что тоже выписали? – дружелюбно сказал капитан широко улыбнувшись мне и щелчком пальцев точно посылая окурок в металлическую урну рядом со мной.

Метко. В форме я его никогда не видел и поэтому засмотрелся.

Кобура на поясе. Две жёлтые и красная полоска на груди сообщили мне о паре тяжёлых и лёгком ранении перенесённом капитаном. У меня только одна жёлтая. Орден Красной Звезды, две медали «За отвагу». Хм, герой. Тридцать пять-тридцать восемь лет. Среднего роста, широкие плечи, пружинистая походка, а вот глаза… кажется, в литературе такие глаза называют пронзительными. Да, лучше и не скажешь. Пронзительные серо-голубые глаза, ещё более выделяющиеся на лице благодаря морщинам на переносице и лбу. Красавчик, от дам поди отбоя нет.

Поправив большими пальцами рук портупею, Владимир накинул на себя верхнюю одежду и ловко застегнул пуговицы.

- За что получил? – спросил он, указывая на новенький Орден Красной Звезда на моей груди под не застёгнутым полушубком.

- Да так. С «Тигром» бодался.

- Смотрю, победил.

- Победил. Да чуть на тот свет не отправился.

- Бывает. Война.

Разговор наш прервал грузовичок, который бряцая и громыхая, остановился у входа в госпиталь.

Из двери высунулся старшина помахавший рукой капитану.

- Ну ладно, бывай коллега! – сказал Владимир протягивая мне узкую, но твёрдую ладонь. – Мне ещё в местную комендатуру заехать надо, потом в Смоленск, а потом в часть, заждались меня. Как хоть зовут-то тебя?

Коллега. Как странно он меня назвал. Есть что-то в нём неуловимо отличавшее его от остальных. Даже в госпитале, капитан вроде бы был как все и в тоже время отдельно. Не могу объяснить.