Искаженный мир

– Но что мне за это?

– И чего вы хотите?

Не делая резких движений, ковенант спиной оперся о влажную бугристую стену.

– Ничего. Моя нужда ушла с приходом Великой.

Сомневаться в адекватности собеседника не приходилось. Быть может, безумец убил его товарищей, а с Джеком решил поиграть? Не на того напал.

– Знаешь что, умник, надоели мне твои загадки. – Ашер скинул пелену. – Кто ты? И где мои друзья?

Бездомный засуетился, как хозяйка на кухне. Поднявшись, он прытко подскочил к ковенанту, при том картинно кряхтя и по-старчески стеная.

Ковенант дернулся от неожиданности, но лишь поморщился от боли: острый камень пропорол тонкий джемпер и кожу на лопатке.

– Как же я мог забыть, как же я мог забыть. О, где же мои манеры. – Мужчина вытянул совкоподобную ладонь, обдав Ашера невыносимым амбре прогорклого жира.

Ковенант дышал исключительно ртом, но это мало помогало. Немалых трудов стоило подавить очередной рвотный позыв.

– Я Калеб. – Бездомный терпеливо ждал ответного рукопожатия. – Калеб.

Мистик не стал накалять обстановку и, преодолев отвращение, пожал мозолистую руку.

– Джек.

Под окаменевшем от грязи и пота старомодном пальто что-то зашевелилось, и из-за пазухи, попискивая, выбралась откормленная крыса. Поведя носом, животное спряталось в спутанную шевелюру хозяина.

– Джек. Хм, Джек. Ты покоряешь великанов?

Мужчина вернулся к костру.

– Понятия не имею, о чем ты.

– А знаешь, я не против. – Бродяга осмотрелся по сторонам, словно их могли подслушать, понизил голос. – Эти здоровяки много о себе думают, они ужасно грубы и агрессивны.

– Как скажешь. – Не стал спорить ковенант, усаживаясь поудобнее.

Бездомный, поднатужившись, шумно испортил воздух.

– Ух-ух, это все подошва на завтрак. Она была слишком черствой, Покоритель великанов. Понимаешь, да? – Калеб заговорщически подмигнул слезящимся глазом.

Ашер осознал одно: помощи или внятных ответов ему не дождаться. Сказочное везение: быть спасенным умалишенным. Джек прислушался к собственному телу. Физически он в порядке, если не считать десяток незначительных ссадин и ушибов.

Но постоянное нервное напряжение давало о себе знать: мистик вздрагивал от любого непонятного звука, ежесекундно ждал, что кто-то захочет причинить ему вред, видел в густых тенях неясные силуэты, слышал издевательские шепотки. Очень хотелось пить и кушать.

В таких условиях сложно сосредоточиться. И все же ему необходимо добраться до остальной группы. Из потока сознания бездомного парень понял: товарищей забрали.