Искаженный мир

Мистика пробрала дрожь: вид незнакомца внушил ему смутную тревогу.

Минуту оба без слов гипнотизировали друг друга.

– Э, здравствуйте.

Не сразу ковенант сообразил: ему не закрыли глаза, не завязали руки или ноги. Значит, что бы не произошло, кто перед ним не был, так просто он не дастся.

Желаемого успокоения этот вывод не принес.

– Здравствуйте? – Эхом переспросил мужчина. – Здравствуйте.

И гортанно, с присвистом, хохотнул, уперев поросшие жестким седым волосом руки в колени. Тени заиграли на неровных стенах, превращая обычного с виду бездомного в гротескное чудовище.

– Смотри-ка, здравствуйте!

Джеку еще больше стало не по себе. Ковенант отметил, что спасшие его при падении защитные явления испарились.

– Вы нормально разговаривать можете?

– Повеселил. – Со звуком наждачки по дереву отер невидимую слезу мужчина.

– Да? Это чем же?

Ашер все не решался сбросить пелену, внимательно наблюдая за собеседником. Кто знает, как тот отреагирует.

– Ничем.

Бездомный резко перестал улыбаться, спрятав за обветренными губами плиты черно-желтых зубов.

Мужчина молчал, сверлил мистика неподвижным взглядом. Произошедшие изменения ковенанту пришлись не по душе.

– Кто вы? Где мы? Где остальные? – Джек, откашлявшись, постарался придать голосу твердости.

Не вышло. Вопрос прозвучал почти жалобно. Остатки погребенного под тоннами земли и камня мужества испарились вместе с отрядом вооруженных до зубов напарников, готовых прикрыть в любой момент.

Ашер мысленно отвесил себе смачную оплеуху. Приди в себя, жалкая размазня! Ты фактически всесилен, а ведешь себя, как забитый ботаник среди членов футбольной команды.

– Мы? Здесь, в моем лагере. – Развел руками бездомный. На лице его при этом не дрогнул ни единый мускул. – Остальные? Где-то. В Королевстве. Нигде. Охотники забрали. Они часто подбирают, что плохо лежит. Многих уже взяли. Тебя не заметили.

Из тьмы раздавались невнятные, непонятные шорохи. Будто за границей света пламени копошились, шипя, наползая друг на друга, сотни змей.

– Что за бред?

Джек в любой момент ожидал нападения и был напряжен, как натянутая гитарная струна. Лишенные смысла слова бездомного вовсе не способствовали восстановлению душевного равновесия.

– Я знаю. Я видел. – Вкрадчиво шепнул мужчина.