Законодержец. Музыка для Повелителя

Хромов опять отстал, и после трёх поворотов стало ясно, что он их не нагонит. Зато вскоре показалась река: ограда из цепей, на воде лодки. Вдалеке гнутой аркой темнел мост.

— Баюн! — позвал Глеб. — Баюн!..

— Тише!.. — рявкнул Азарин.

Они остановились. Людей тут почти не было — лишь шатающийся пьяница брёл навстречу. Но потом он упал, и Глеб понял, что это не пьяница. И сглотнул, увидев то, чего не заметил сразу: рядом с урной лежала женщина, на дороге — подросток. Трое мужчин распластались у скамьи, один — у фонарного столба.

Азарин посмотрел на их ауры:

— Все семеро без сознания. Пацана нужно оттащить... Помоги мне!

Они убрали мальчишку с дороги, и Глеб спросил:

— Это сделала Кали?

— Когда почуяла слежку.

— Но Баюн же летел... как она могла его заметить?

— Твой Баюн ни при чём: кто-то из них, — Азарин оглядел пострадавших, — местный законодержец. Кали раскрыла его и ударила первой.

— По всем прохожим? Но как?..

Вопрос остался без ответа — вероятно, маг и сам был растерян.

Сколько Глеб ни озирался, Баюна так и не увидел — ни ворона, ни кота, ни пантеры... Зато между домами темнел проход. Вспомнив, что дух говорил о проулке, Глеб двинулся туда.

— Баюн?..

Где-то забили барабаны, но Глеб их не слышал — страх за Баюна затмил всё. Могла ли атака Кали убить духа или он тоже ранен?.. «Пусть он будет ранен, — думал Глеб, — пусть будет ранен, пусть будет...»

Он дошёл до домов, но Азарин вдруг встал на пути:

— Не так быстро.

С руки мага взвился огненный шар.

Глеб рванулся вперёд:

— Баюн!!!

Дух скрючился, будто сбитый машиной. Из шерсти торчали перья: превращение не завершилось. Взгляд был застывшим, как у куклы.

Глеб остановился, боясь идти дальше.

Баюн сейчас встанет — наверняка встанет!.. Ведь на улице все живы... значит, и Баюн тоже жив!..

Но Баюн не вставал.

Через силу сделав шаг, Глеб присел на колено. Протянул руку, чуть помедлил и с замершим сердцем коснулся шерсти.

Та была тёплой, словно дух всего-навсего прилёг отдохнуть.

— Аура есть, — сказал Азарин. — Слабая, но стабильная.

Глеб готов был захохотать или заплакать, но вместо этого прошептал:

— Его исцелят?

— Понятия не имею, — в интонации Азарина не было ни намёка на жалость. — Дажес бригадой специалистов это займёт не один день. Проще сменить фамильяра.

Смысл этих слов обжёг Глеба, как огнём...