Клан

– Приступай, – прорычал Ланг и Орф начал двигать руками в разных направлениях, развешивая в воздухе печати и переплетая их между собой. Когда единая паутина призыва была готова, колдун на миг замер, будто оценивая свое творение, а затем резким движением опустил сведенные вместе руки вниз.

Тишину полярного утра разорвал треск и грохот. Прямо посреди чистого неба появилась огромная ветвистая молния и уперлась одним из ответвлений в только что созданный контур. Свет от печатей слился вместе, а через миг начал сжиматься, проваливаясь куда-то.

– Готово...

Из черной дыры высунулась большая, метра полтора в длинну, змеиная голова с блестящей серой чешуей.

– Ты заносчив, Орф, – тихо проговорил Ланг. – Заносчив и высокомерен. Но твои способности нельзя приуменьшать.

– Любому действию есть противодейсивие, – философски подметил колдун.

– Но я сомневаюсь, что осталось что-то, способное противодействовать тебе, – покачал головой призрак. – Уж слишком уникальна сила экзорцистов.

Большое чудовище уже полностью выползло на снег. Оно представляло собой некое подобие змея, но с двумя головами на длинных шеях. Прямо из его тела, чуть ниже места, где эти шеи сходились вместе, росли четыре мощных оперенных серых крыла. Первый из призванных демонов явился на зов фремайна, способного ими повелевать.

Вскоре, целая армия страшных чудищ заполонит приполярные пустоши. И цель их только одна. Покорять и уничтожать по приказу Громового Экзорциста.

Глава XIV. Пробуждение

Глава XIV. Пробуждение

«Перерождение фремайна в новом теле – это всегда крайне любопытное зрелище. Развитие юного разума, формирование личности, а потом ее конфликт с личностью реинкарнанта. Особо тяжелый момент – пробуждение перерожденного фремайна. Даже если ученика с рождения готовили к "соседству", его психика может самопроизвольно восстать против разума перевоплощенного.

В случае с Мари, я вообще удивлен, как пятнадцатилетняя девочка не сошла с ума. Сила той воли, что воплотилась в ее теле, была столь велика, что могла запросто уничтожить и сломить ее собственную личность. Но она оказала ей достойный опор и вошла в удивительный симбиоз, не понеся при этом непоправимых утрат.

Мари всегда отличалась расчетливостью и смекалкой.