Демон в университете магии

И даже моя сестра с осуждением посмотрела на него. А вот я натянул на физиономию каменное выражение, будто меня совсем не трогали все эти многочисленные ехидные взгляды, ядовитые улыбочки и насмешливые шепотки. Хотя шепотков хватало. Из толпы то и дело вылетало что-то неприятное.

— Сейчас, сейчас их Миронов проучит, — зубоскалил какой-то студент, сверкая зенками.

— Давно пора, а то Волков совсем распоясался, — с удовольствием проговорил толстяк Виктор, улыбаясь до ушей. Его чуть ли не распирало от предвкушения. Он даже свои свиные глазки блаженно щурил.

— Ага. Выскочка, — зло поддакнул Артём, успевший повторно залечить нос.

— Как ты думаешь, он их на колени поставит? — весело спросила одна студентка у другой.

— Миронов, кажется, пытался силой поцеловать Волкову, — неуверенно выдал какой-то патлатый старшекурсник. — Так что её брату можно только посочувствовать, а не гоготать над ним.

— Да враки всё это. Сударь Миронов не такой! — поспешно вставил чувак с бегающим взглядом, будто ему больше всех надо было.

Он вообще стоял далеко в стороне от патлатого.

Похоже, Миронов заплатил некоторым студентам, чтобы они тщательно отбеливали его пошатнувшуюся репутацию.

— Да чего жалеть этого Волкова? Ему самое место на коленях. Вы же знаете, чем промышлял его дед? — раздался чей-то злой голос из-за спин студентов.

Воронов после этих слов дёрнулся, будто от удара, а черты его худого лица заострились. И он посмотрел на меня со злорадным огоньком в глазах, как, впрочем, и многие другие люди. Только единицы вели себя иначе.

Инга, сестра Гришки, стояла, сложив руки на выдающейся груди. Она казалась мрачнее тучи. Василий топтался чуть в стороне, понуро опустив голову. Лиза внимательно наблюдала за мной прекрасными, задумчивыми глазками, подмечающими всё вокруг. Фроська и Иван пакостно улыбались, будто не их родственника собирались унижать.

Дымова же усмехалась пухлыми губками, косясь на бледную и решительную Каролину, занявшую место подальше от подруги. Она оказалась чуть ли не около Миронова и тройки его прихвостней, стоящих в центре импровизированного круга, устроенного студентами.

Мы с еле живым Гришкой вошли в этот круг, а дрожащая Мария заняла место в первом ряду толпы.

— Кого я вижу! Судари Ветров и Волков собственными персонами! — радостно пропел Миронов, едва не пританцовывая от ликования. Его глазёнки загорелись злым торжеством, а губы растянулись в мстительной улыбке.

Прихвостни Миронова не отставали от главаря. Тоже лыбились и презрительно усмехались.