Реликвия и скальбурский зверь

– Недотёпа, Клут, – проговорил Всебор. – Разве я не хочу спать? Или задание поручили только мне?

Он сладко зевнул и мысленно махнул рукой. После орков любой враг казался ему ничтожным и недостойным внимания. Всебор хорошо понимал, что обманывает себя, и противник может оказаться намного опаснее, чем злобный орк. Но уверенность в собственном превосходстве туманила разум и впервые за долгое время, он позволил себе расслабиться.

Так размышляя о превратностях судьбы, он и вышел на калибарское торжище. Рынок располагался на берегу мелководной реки, заросшей камышом и осокой.

Всебор огляделся и, высмотрев в толпе, сборщика налогов, навострился к нему с вопросами.

Это был пухленький коротышка с безвольным подбородком и уставшими от работы глазами. Заляпанный грязью сюртук, мятая треуголка, красная от возлияний физиономия – совсем не типичный представитель своего цеха. Но Всебор знал по опыту, именно такие готовы открыть душу первому встречному и ответить практически на любой вопрос.

4

– Меня зовут Тринкер, – протягивая потную ладонь, произнёс коротышка. – Далеко же тебя парень занесло. Где Калибар, а где Спумарис – расстояние будь здоров.

– Профессия у меня такая, – пояснил Всебор. – Я толмач, а тут случай подвернулся, узнать о других людях побольше. Вот и решил составить компанию друзьям.

Тринкер присвистнул и впервые за десять минут разговора посмотрел на собеседника с интересом.

– Я тоже по молодости всё о путешествиях мечтал, – заметил он. – Хотел даже в навигацкую школу записаться, чтобы на боцмана выучиться, да папаша так отодрал, что я думать о море забыл. Вот с тех пор налогами и занимаюсь. Будь они неладны.

Тринкер улыбнулся и, поглядев искоса на Всебора, подмигнул.

– А что приятель, не пропустить ли нам по стаканчику? – спросил он. – Я, знаешь ли, очень уважаю разговаривать с чужестранцами. Погоди. Я сейчас.

Коротышка захлопнул бухгалтерскую книгу и побежал к мясным лавкам Он останавливался перед каждой, говорил несколько слов хозяину, и тот не переча, давал ему монету.

Через несколько минут Тринкер, сияющий и счастливый, стоял перед Всебором и пересчитывал мелочь.

– Самую прибыльную торговлю в Калибаре держат мясники, – пояснил он. – Это уж поверь мне на слово. Но перегибать тоже нельзя. Моего напарника за жадность, они так отметелили, что ему бедняге, пришлось перейти в канцелярию. Так в конторе теперь и служит.