Реликвия и скальбурский зверь

Пришлось довольствоваться скромным супчиком с пшенной крупой, да караваем ржаного хлеба, который, ко всему прочему, оказался чёрствым и заплесневелым.

– Тащи всё, что есть на кухне! – передразнил Всебор. – Хорошо, что трактирщик вначале спросил, на какую сумму мы рассчитываем.

Палько смущённо улыбнулся и махнул рукой.

– Это от голода, – пояснил он. – Слова так и рвутся, так и рвутся с языка.

Остатки хлеба поделили и молча сжевали. Потом "щедрый" хозяин принёс кувшин воды, и на этом трапеза завершилась.

– А в брюхе по-прежнему пусто, – раскуривая трубку, заявил Клут.

– О самородке забудь! – отрезал Всебор. – А ты Палько отвечаешь за него головой.

– Да я с него единственного глаза не спускаю, – эльф демонстративно хлопнул себя по груди. – У меня в кармане, он как в царской казне. За семью печатями.

– Нам всё равно потребуется провизия и снаряжение, – отозвался Клут. – Рассчитывать на подножный корм бессмысленно, а если мы хотим добраться до скальбурских топей, надо запастись провиантом.

– С провизией что-нибудь придумаем, – отозвался Всебор. – Сначала надо решить, что делать дальше.

– Хорошо бы вздремнуть, – зевнул Жиль. – От затхлой похлёбки так и тянет на боковую.

– А кто кричал, что после жратвы на орков готов идти? – усмехнулся Клут. – Жидковаты нынче людишки. Жидковаты.

– Обязательно пойдём, только давайте поспим, – Жиль брякнулся головой о стол и, засыпая, что-то пробормотал в оправдание.

– Верно, говорит зубатый, – поддержал Палько. – Хороший сон никому ещё не вредил.

Эльф поднял с пола свой походный мешок, швырнул его на стол и, положив на него голову, тут же заснул.

– Похоже, решение принимать придётся нам, – усмехнулся Всебор. – Эти двое уже умыли руки.

Толстяк пожал плечами и задумчиво уставился в пыльное окно. На кусте шиповника, что рос на улице, весело щебетали воробьи, где-то мяукала кошка, какие-то люди громко смеялись.

Мысли эльфа витали теперь далеко, и думать о чём-то другом ему явно не хотелось.

"Значит, остался я один, – улыбаясь, подумал Всебор. – Ну что ж, я люблю решать сложные задачи. Посмотрим, что получится на этот раз".

Он вынул из-за пазуху тетрадь Броля и пролистал её от начала и до конца. Конечно трудно было заподозрить Громилу в соблюдении каких-либо формальностей. Дневник он не вёл, наблюдения и размышления не записывал.